Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Критика и литературоведение, Литературоведческие работы / Публицистика
© Абибилла Пазылов, 1980. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 6 июня 2017 года

Абибилла ПАЗЫЛОВ

Чингиз Айтматов – публицист

(дипломное сочинение)

 

ВВЕДЕНИЕ

«Писатель и публицист», «писатель и журналист…».  Эти слова крепко вошли в сознание читателей как близкие по смыслу и содержанию, никоим образом не исключающие друг друга понятия. В наши дни писатели совершенно законно выступают в роли журналиста и публициста. Это, прежде всего, объясняется  тем, что современность насыщена потоком информации, ввиду чего идеи, высказанные в «пухлых книгах» доходят к сердцу и уму читателей не так уж быстро, как хотелось бы, не всегда приносит желаемых молниеносных результатов.  С другой стороны, современный читатель как никогда с нетерпением ждет веское и задушевное слово полюбившегося ему писателя на страницах периодической печати.

Но это отнюдь не отождествляет деятельность журналиста, публициста с деятельностью писателя или наоборот. И отнюдь не говорит о том, что каждый современный писатель, хочет он этого или не хочет, становится журналистом, публицистом.

Очевидно, труд писателя на поприще журналистики, публицистики зависит от его желания вторгаться в те или другие события социально-политической, народнохозяйственной жизни общества, от его способности реагировать на «злобу дня», и, наконец, от сложившихся обстоятельств. Отсюда и тематическое разнообразие, география публицистических выступлений того или иного писателя.

Естественно, что каждый писатель обладает своим видением окружающей среды, собственной манерой письма. Это не может не сказываться в заметках, корреспонденциях, статьях, очерках писателя. Поэтому публицистика каждого настоящего  мастера художественного слова приобретает весомый, весьма поучительный характер. В ней есть все: и разумный отбор фактов, и отменное мастерство, и «мелочи жизни», и крупный образ человека. Словом, публицистика таких писателей –целый и цельный мир.

Публицистика советских мастеров художественного слова, публицистические особенности их романов, повестей, рассказов давно стали объектом исследований. В многочисленных научных статьях, монографиях, книгах подробно и досконально проанализирована публицистическая, журналистская деятельность Горького, Фурманова, А. Толстого, Шолохова и других1.  Вышли в свет сборники публицистических материалов многих прозаиков, драматургов, поэтов советской многонациональной литературы2.

(1 Бережной А. Фурманов-журналист. Л., 1955; Гуренков М. Без России жить нельзя. Л., 1967; Пельт В. Горький-журналист. М., 1968; Станиславлева В. М., Леонов-публицист. М., 1974.

2 Яшен К. Годы, судьбы, книги. Статьи, очерки, выступления. М., 1976; Нурпеисов А. Край голубых гор. Очерки-раздумья. М., 1978; Карим М. Притча о трёх братьях. Воспоминания, раздумья, беседы. М., 1978; Шукшин В. Нравственность есть правда. Публицистический сборник. М., 1979)

Подобные книги и отдельные публицистические произведения зарубежных писателей-публицистов издаются и часто появляются в нашей периодике1. Среди книг из серии  «Партийные публицисты», «Мастерство революционных демократов-публицистов» можно встретить и труды о творчестве писателей-публицистов2. Накоплен огромный опыт по изучению публицистики классиков русской литературы Х1Х века.Исходя из этого, с уверенностью можно сказать, что публицистика замечательного писателя современности, Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской и Государственных премий Чингиза Торекуловича Айтматова находится в ожидании своих исследователей.

Правда, в интересных научных трудах К.Асаналиева,  Вл.Воронова,  Т.Аскарова, Л. Лебедевой,  Д.Гачева, К.Бобулова, В.Коркина и других  можно обнаружить суждения по поводу публицистики и публицистических особенностей повестей писателя. Но они носят случайный характер, к тому же не очень глубоко аргументированы. Ибо труды вышеперечисленных авторов ставят перед собой иные цели.

Об Айтматове-публицисте, журналисте впервые сказал П.Глинкин в книге «Чингиз Айтматов»3. Потом появилась научная статья об Айтматове-правдисте4. Самым значительным явлением по данному поводу является выход в свет сборника очерков, статей, бесед, интервью писателя под названием «В соавторстве с землею и водою…»5. Эта книга действительно  является «своеобразным творческим отчетом писателя, коммуниста, человека. Более семидесяти литературных заметок, статей, очерков, речей, бесед, интервью, распыленных прежде по страницам многих центральных и республиканских изданий, -материалы, очень разные по содержанию и характеру, времени написания и направленности –стали страницами одной книги»6.

В 1979 году, т.е. через год, публицистический сборник киргизского писателя переиздавался, что заслуживает внимания и похвалы.

В своей работе мы стремимся рассмотреть некоторые особенности публицистической деятельности Ч. Айтматова, проследить то, как проявляется публицистичность в художественной прозе писателя (конечно, автор не претендует на исчерпывающее  решение всех вопросов). В соответствии с целью исследования работа состоит из трёх частей.

(1 Ла Гума А. Я пришёл, чтобы спеть. М., 1978; Золя Э. Три очерка. –Литературная Россия, 1980, 23 марта; Нгуен Т. Монолог о войне и мире, обращенный к Льву Толстому. –Иностранная литература, 1979. №3; Маркес Г. Название не пришло мне в голову. –Иностранная литература. 1979, №3.

2 Вартанов Г. Я. Галан. М., 1979; Бельчиков Ю. Г. Успенский. М., 1979.

3 Глинкин П. Чингиз Айтматов. Л., 1968.

4 Левченко А. Ч. Айтматов –правдист. –Литературный Киргизстан, 1977, №5.

5 Айтматов Ч. В соавторстве с землею и водою… Фрунзе, 1978 и 1979 (издание второе).

6 Щуняева С. В соавторстве с жизнью. – Литературная газета, 1979, 26 декабря)

Первая часть – «Ч. Айтматов о публицистике и журналистике». В этой части речь пойдет о теоретических взглядах писателя на печать, на роль и назначение публицистики, журналистики в социалистическом обществе, о непосредственной работе писателя в газете.

Анализ мастерства Ч. Айтматова – публициста составляет вторую часть работы – «Мастерство Ч. Айтматова-публициста».

В третьей части – «Публицистичность повестей писателя в конце 60-х и 70-х годов» -речь пойдет о публицистичности таких произведений Ч. Айтматова, как «Прощай, Гульсары!», «Белый пароход», «Ранние журавли», «Пегий пёс, бегущий краем моря».

 

1.      Ч. АЙТМАТОВ О ЖУРНАЛИСТИКЕ И ПУБЛИЦИСТИКЕ

Повесть Ч. Айтматова «Тополёк мой в красной косынке» хорошо известна почитателям литературы. В ней наряду с крупными образами двух полюбивших друг друга людей создан и образ журналиста.

Однако  этот, на первый взгляд, второстепенный образ носит значительный идейно-композиционный смысл. Подобно тому, как в песне Данияра в повести «Джамиля»  воплощена тема искусства –об этом хорошо сказал Вл. Воронов1 – в образе журналиста в «Топольке…» воплощена тема журналистики.

Повесть состоит из двух рассказов – рассказов шофера Ильяса и дорожного мастера Байтемира. С первым из них журналист (от лица которого ведется повествование)  знакомится совсем  случайно, неожиданно.  «По роду своей журналистской работы мне часто приходилось бывать на Тянь-Шане. Однажды  весной, когда я находился в областном центре Нарын, меня срочно вызвали в редакцию»2.

Потом на заправочном пункте произошла встреча с шофером грузовика, чей рассказ составляет основную часть сюжета произведения. Однако «высокий, сутуловатый» шофер «заговорит» не сразу. Он уедет один – не взяв в пустую кабину торопившегося по срочному делу журналиста. Уедет шофер, остается крайне озадаченный журналист, в памяти его остаются «бледное, напряженное лицо со стиснутой в зубах папиросой»3 и слова заправщицы: «Переживает парень…  История длинная… Когда-то он жил здесь у нас, на перевалочной базе…»4.

Конечно, все это предвещает грустное, не очень приятное событие в жизни айтматовского персонажа. Но как разузнать обо всем этом, как «заставить» его говорить?

(1 Воронов Вл. В трудный путь за счастьем. – Октябрь, 1975, №1.

2 Айтматов Ч. Повести. М., 1979, с. 153.

3 Айтматов Ч. Там же, с. 155.

4 Айтматов Ч. Там же, с. 155.)

И тут на помощь приходит профессия газетчика. «Вскоре после возвращения из Нарына меня командировали на юг Киргизии, в Ошскую область. Как всегда, времени у нашего брата журналиста в обрез. Я примчался на вокзал перед самым отходом поезда и, влетев в купе, не сразу обратил внимание на пассажира, который сидел, повернувшись лицом к окну. Он не обернулся и тогда, когда поезд уже набрал скорость»1. Это был тот самый шофёр, который не взял его в машину.

Итак, вторая встреча произойдет в более благоприятных условиях:  в купе – двое, впереди много времени, дорога располагает к беседе, к откровенности. «Я не торопил, не перебивал его вопросами: это хорошо, когда человек сам все рассказывает, заново переживая, раздумывая, порой умолкая на полуслове»2. И так дальше.

Не будь газетчик рядом с шофером Ильясом на поезде, мы вряд ли «узнали» о его судьбе. Даже человек другой профессии не смог бы, пожалуй, так, с ходу его заставить говорить и слушать до конца. Ведь о таких сугубо личных вещах, как любовь, рассказывается не каждому встречному.

Введение образа журналиста есть литературный приём, усиливающий достоверность сюжета произведения. Это,  во-первых. Во-вторых, здесь проявляется отношение писателя к нелегкой, но почётной профессии газетчиков. Писатель благословляет  труд советского журналиста, подчеркивает его близость к заботам повседневной жизни простых людей. 

Если внимательно прочитать эту повесть, можно обнаружить в ней манеру очеркового изложения: легкость, беглость, эскизность.

В «Топольке…» нет того поэтичного, порой наивного, но богатого жизнелюбием, разными красками воображения подростка Сейита («Джамиля»), того неторопливого, подчас накалённого до суровости, строгости повествования «Пегого пса…». В повести нет проникновенных описаний природы гор и степей, свойственных творчеству Ч. Айтматова. Язык названного произведения отличается от сочного языка «Прощай, Гульсары!», «Белого парохода» и других.

Словом, читая повесть ощущаешь, что она написана не писателем, а журналистом. Чтобы не быть голословным, приведём несколько примеров: «За окном проносились сады, виноградники, тёмно-зеленые загустившиеся кукурузные поля. Пароконная бричка со свеженакошенной люцерной бежала к переезду. Она остановилась у шлагбаума. Загорелый мальчишка в дранной вылинявшей майке и закатанных выше колен штанах привстал в бричке, глядя на поезд, заулыбался, помахал кому-то рукой»3. Или же: «Достал книгу. Стоило ли напоминать о себе?  Он, наверное, давно уже забыл меня. Мало ли случайных встреч у шоферов на дорогах»1.Композиция произведения тоже построена по-особому, по-журналистски: попеременные рассказы самих героев, добавление, пополнение автора.

(1 Айтматов Ч. Повести. М., 1979, с. 156.

2 Айтматов Ч. Там же.с. 159.

3 Айтматов Ч. Там же.с. 157.)

В данном случае мы сталкиваемся с манерой журналистского повествования. Писатель хотел, чтобы его повесть читалась как произведение журналиста, так как повествование  ведется от его имени. И это ему удалось.

С другой стороны, нельзя не отметить, влияние непосредственной работы газетчика на художественную прозу. Но это не дает повода умалять значения повести по сравнению с другими произведениями писателя. Ибо в этой повести публицистика присутствует постольку, поскольку она нужна беллетристике. Взаимовлияние, взаимопроникновение, взаимоперекрещивание жанров публицистики и художественной литературы характерны для творчества писателей, которые долгие годы работают в периодической печати.

В связи с этим хочется привести любопытное, на наш взгляд, мнение известного колумбийского писателя Габриэля Гарсиа Маркеса.  Имея в виду свои  произведения  «Полковнику никто не пишет», «Недобрый час», «Похороны Великой Мамы», написанные в годы наиболее активной журналистской  деятельности, он без тени самоотречения сказал: «…в этих трех произведениях есть много общего. Все они написаны по-журналистски»2.  

По сей день исследователи творчества киргизского  писателя еще не обратили должного внимания на образ журналиста, имеющий идейно-композиционный смысл, являющиеся своеобразным «ключом» душевных тайн персонажей повести.  К тому же один из них ошибочно называет айтматовского журналиста «фигурой условной, не имеющей своего лица»3.  Неправильные суждения того же автора насчет выступления и заключения повести, «вялости» рассказа дорожного мастера Байтемира тоже истекает из-за непонимания «разумной уступки» писателя журналистике.

Разговор об отношении Ч. Айтматова к журналистике и журналистам, о его причастности к ним не случаен. Ибо он немало лет отдал служению в рядах газетчиков и пой сей день неустанно выступает на страницах периодической печати. Любовь к предмету, понимание его сущности и диалектики приводят к желаемому успеху. Поэтому вполне уместно рассматривать взгляды писателя о данной сфере познания действительности.

(1 Айтматов Ч. Повести. М., 1979, с. 157.

2 Маркес Г. Я не изменил своего решения. – Литературная газета, 1979, 25 апреля.

3 Берзер А. Победа и поражение Ильяса. – В кн.: Чингиз Айтматов. Очерки, статьи и рецензии о творчестве писателя. Фрунзе, 1975, с. 36.)

Правда, Ч. Айтматов проблемам журналистики и публицистики не посвящал специальных статей. За исключением одной-единственной, которая была написана в связи с пятидесятилетним юбилеем «Правды»1. Однако его мысли, высказывания по вопросам журналистики и публицистики «рассеяны» по различным статьям, земеткам, интервью.

Взаимосвязь литературы и публицистики, роль периодической печати в популяризации и распространении художественной литературы, место и функции журналиста в социалистическом обществе – круг вопросов, к которым наиболее часто возвращается писатель.

С первых же лет своего творческого пути Ч. Айтматов всерьез и надолго связывается с периодической печатью. Еще будучи студентом, пишет в газету заметки, статьи, очерки.  Среди студенческих материалов выделяется статья «О терминологии киргизского языка», которая спустя много лет вошла в публицистический сборник писателя2. Другая статья «Переводы, далекие от оригинала», написанная в 1953 году, тоже принадлежит «предписательской» деятельности Ч. Айтматова. 

В названных материалах кроме всего прочего есть вполне обоснованный упрёк в адрес республиканских издательств. Начинающий журналист с горечью и болью говорит о плохом качестве учебников киргизских школ, переводов стихотворений русского поэта Н.А. Некрасова на родной язык. Тем самым он призывает бережно и чутко относиться к каждому печатному слову.

Ч. Айтматов немного позже напишет свои великолепные произведения «Лицом к лицу», «Джамиля», «Первый учитель», «Верблюжий глаз», «Материнское поле». А в те годы, в начале пятидесятых, он прилежно учится, упорно и дерзко работает, занимается переводом. На страницах республиканской печати появляются первые рассказы молодого писателя.

Как известно, его рассказы ранних лет не лишены схематизма, описательности. Об этом периоде своего творчества Ч. Айтматов впоследствии пишет: «Мои первые рассказы и очерки появились в печати в самом начале 50-х годов. Это были подражательные и весьма далекие от реальной жизни сочинения. Действие первого рассказа происходило … в Японии; во втором речь шла о Волго-Донском канале, и особенно много внимания уделялось земснарядам – о них тогда часто писали газеты. Из газетных корреспонденций я и черпал необходимые «реалии»3.

В 1956 году неумолимая жажда приобщиться к высшим достижениям человеческой культуры привела киргизского писателя в Москву, на Высшие литературные курсы.  Естественно, что учёба в столице много дала бывшему зоотехнику –выпускнику сельскохозяйственного  института. Он усердно осваивает опыт мировой литературы, активно приобщается к культурной жизни Москвы. Хотя к тому моменту Ч. Айтматов «был автором нескольких статей, позволявших подозревать в нём незаурядного, острого и темпераментного публициста»1,  подлинная зрелость пришла позднее.

(1 Айтматов Ч. Светоч эпохи. –Советская Киргизия, 1962, 5 мая.

2 Айтматов Ч. В соавторстве с землею и водою… Фрунзе, 1979, с. 63-67.

3 Айтматов Ч. Там же.с.115.)

В конце 50-х – начале 60-х годов Ч.Айтматов много печатается в центральных, республиканских газетах и журналах. Его  повести получают широкий общественный резонанс. И одновременно журналистика прочно входит в жизнь Ч. Айтматова –писателя.

Оживленный интерес талантливого прозаика к вопросам журналистики, публицистики в это время объясняется объективными причинами. В конце 50-х годов в стране были ликвидированы последствия культа личности. ХХ и ХХ11 съезды партии сыграли благотворнейшую роль в развитии социалистическую культуры. Начали выходить такие журналы, как «Москва», Юность», «Дружба народов», «Иностранная литература», «Молодая гвардия», «Нева», «Вопросы литературы». Новые литературно-художественные журналы появились и в национальных республиках (кстати, к тому времени относится выход первого номера журнала «Литературный Киргизстан» — орган Союза писателей и ЦК ЛКСМ Киргизии,  – который Ч. Айтматов редактировал несколько лет).

Формирование мировоззрения, таланта Айтматова-журналиста, публициста произошло в атмосфере дальнейшего укрепления ленинских принципов в художественной литературе. Яркое тому свидетельство –публицистические материалы писателя.

Писатель все чаще и чаще обращается к вопросам публицистики, журналистики, книжного издательства, видя в них огромную пропагандистскую силу и неисчерпаемые возможности в распространении художественной литературы среди читателей разных стран.

Статья «Воспевать дружбы и гуманность», которая была написана в 1959 году по просьбе редакции «Нувельде Моску», затрагивает именно такую проблему. В своей статье молодой киргизский писатель выражает сердечную благодарность и признательность французскому писателю Луи Арагону, переведшему его повесть «Джамиля» и снабдившему ее взволнованным предисловием, и другим писателям, литературоведам Франции за их теплые письма и добрые отзывы в печати.

Писателя впечатляет не только отклики в прессе о его повести, но и радует тот примечательный факт, что обмен лучшими книгами изо дня в день расширяется. Он указывает на то, что такое сотрудничество в области литературы помогает народам планеты жить в дружбе и взаимном уважении, больше и лучше узнать друг друга. «Нередко бывают случаи, когда предубежденные журналисты за рубежом, посетив нашустрану, изображают жизнь республик Средней Азии в умышленно неправильном виде, пытаясь извратить все то, что есть лучшее в нашей жизни. Было бы гораздо полезнее, если бы зарубежным читателям предоставлялось больше возможности знакомиться с книгами самих среднеазиатских писателей»1  -предлагает Ч. Айтматов. 

(1 Глинкин П. Чингиз Айтматов. Л., 1968, с.7.)

В другой статье – «Характер и современность» -писатель призывает своих сверстников –молодых писателей почаще выступать в «Литературной газете», толстых журналах и республиканской печати по тем или другим вопросам литературы. Выступление в печати, по его словам, является непреложным гражданским и писательским долгом каждого пишущего.

Требовательно звучит голос Ч.Айтматова в адрес некоторых редакций и издательств, которые больше пекутся о количестве книг на современную тему, нежели об их художественных достоинствах. Его радуют газетные выступления маститых советских писателей М. Ауэзова и Э. Межелайтиса2.

Примечательно, что в 1961 году писатель переходит к непосредственной работе в газете. Он становится профессиональным журналистом, собственным корреспондентом «Правды» в Киргизской ССР.  Ч. Айтматов в те годы был вполне сложившимся писателем, автором таких известных повестей, как «Лицом к лицу», «Джамиля». Казалось бы, ему впору уйти от журналистики. А он … сделал наоборот. В чём заключается причина такого поступка? Ответ прост. Он  хотел быть не кабинетным писателем, а часто ездить, больше разговаривать с людьми, глубже вникать в созидательную жизнь социалистического Отечества.  «Его (Ч. Айтматова –А.П.) путевой блокнот корреспондента «Правды» одновременно служит книжкой для записи образов, характеров героев будущих произведений»3.

В свое время и Айтматов-писатель активно содействует Айтматову-журналисту, публицисту. Это особенно ярко проявляется в создании крупных человеческих  образов, в лирических отступлениях, описании пейзажа родной земли.

В этой связи уместно вспомнить слова Г. Маркеса: « Она (журналистика –А.П.)помогала мне установить тесный контакт с реальностью жизни и научила меня писать. Творческая работа, фантазия придали моим журналистским выступлениям литературные достоинства»4.

Об Айтматове-правдисте, о его выступлениях на страницах центрального органа Коммунистической партии очень подробно и живо написал  А. Левченко5. Нам хочется сказать, что Ч. Айтматов своим личным примером доказал необоснованность суждения о том, будто бы газета портит писателя. Газета закаляет его, помогает оттачивать мастерство, больше и лучше узнать народную жизнь, дает много фактического материала для будущего произведения.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 75.

2 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с.79

3 Глинкин П. Чингиз Айтматов. Л., 1968, с.7.

4 Маркес Г. Литературная газета, 1979, 25 апреля

5 Левченко А. Ч. Айтматов –правдист. –Литературный Киргизстан, 1975, №5)

Правда, стремление совместить работу писателя с работой журналиста требует дополнительной энергии и силы, но, в конечно счете, оно оборачивается добавочным подспорьем в творчестве. Этот путь наиболее трудный, но и наиболее плодотворный.

Мнения мастеров художественного слова по  данному  вопросу  расходятся. Замечательный пакистанский поэт Фаиз Ахмад  Фаиз, например, не считает журналистику своим главным занятием, хотя пишет статьи для газет и журналов по сей день1.  Турецкий писатель Азиз Несин, очень доброжелательно относившийся к журналистике, высказывает мысль о том, что среди писателей, приходивших в литературу через журналистику, нет крупных романистов, так как журналистике  чужд панорамный охват жизни2. По словам же Ч. Айтматова, годы работы в периодической печати позволили ему «расширить круг наблюдений, лучше узнать жизнь»3.

«Светоч эпохи» — так называл родную «Правду» писатель и видел в ней лучший образец коммунистической газеты.  Статья, написанная в связи с юбилеем «Правды», дорога не только потому, что она единственная в своем роде, но и потому, что в ней отразились сокровенные мысли писателя по вопросам отечественной журналистики.

Внимание Ленина к работе «Правды», его статьи, опубликованные на её страницах, глубоко трогают и восхищают писателя. Он воспринимает «Правду» как самую близкую, родную газету великого вождя, которая всегда служила и служит правде, справедливости на земле. И за этим восхищением стоит его непоколебимая верность ленинским бессмертным идеям о партийности, народности нашей прессы, литературы, всей социалистической культуры.

Впоследствии Чингиз Айтматов стал одним из ведущих писателей нашей страны. Кроме тех повестей, которые вошли в книгу «Повести гор и степей» и в 1963 году получили Ленинскую премию, написал еще ряд произведений.  Среди них такие замечательные повести, как: «Прощай, Гульсары!», «Белый пароход», «Ранние журавли», «Пегий пёс, бегущий краем моря». Естественно, что за эти годы в творчестве писателя происходила эволюция: он более глубоко постиг разнообразие социальных проблем, народный характер, мышление современников.

В связи с этим усложняется и углубляется его взгляд на журналистику и публицистику. Неправомерно было бы заявлять, что Ч. Айтматов, отложив свое литературное творчество, полностью переключается на журналистику. Нет. Дело выглядит совсем иначе. Наряду с литературной деятельностью и деятельностью в кинематографии (он возглавляет союз кинематографистов Киргизии) нередко возникает потребность откликнуться на какое-то событие, о чем-то поспорить, что-то поддержать в газете или журнале.  Бывают такие моменты, когда писатель может отреагировать  на происходящее событие не в романе, не в повести, а именно в статье, заметке.

(1 Фаиз А. За свободу, против рабства. –Литературная газета, 1980, 30 января.

2 Несин А. Несин–«что ты такое?» -Журналист, 1980, №1.

3 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 156.)

Помимо всего прочего в интервью, беседах или же других публицистических материалах писатель говорит о характере наших газет, об их предназначении, о журналистах, публицистах, об их книгах и т.п. Надо отметить, что такие мысли маститого  мастера художественной прозы непременно вызывают интерес и обращают на себя внимание. Вот, например, в беседе с критиком Л. Новиченко писатель говорит: «Меня радует, что печать, радио, телевидение ведут этот большой и серьезный разговор об охране окружающей среды, о том, что дальше будет с природой: воздухом, водой, лесами…»1.  Или же в интервью журнала «Веймарер Байтреге» (ГДР) Ч. Айтматов прямо заявляет: «Я за то, чтобы наша печать публиковала на своих страницах больше острых статей о текущей литературе. И не только тогда, когда появляется произведение, неудовлетворяющее нас по своим идейным качествам, но и произведениях  серых,  спекулятивных»2. Из этих «мазков» видно, что радует, что тревожит (в конкретных случаях) писателя в нашей печати.

Но это не все. Он высказывается за действенность, оперативность, значимость газетных выступлений.  Слова, высказанные не во время, не доходят до сердца читателя, не выполняет своего назначения.  Это очень хорошо  понимает Ч. Айтматов. Поэтому в очерке «Взлетная полоса» правильно упрекает местных газетчиков за то, что они не додумались написать о строителях нового киргизского аэропорта3.

Если обозначить «центр тяжести» теоретических взглядов Ч. Айтматова о журналистике и публицистике, то это, несомненно, — художественная литература в прессе. Писатель считает, что в популяризации и пропаганде художественной литературы важную роль играет газеты и журналы. Добротно сделанные номера литературных журналов, лучшие образцы прозы, поэзии, драматургии, критические выступления, помещаемые в газете, воспитывает вкус читателей, учат их отделять зерно от плевел.

Однако при этом писатель не упускает из виду силу обратного воздействия, т.е. воздействия читателей на характер периодической печати.Говоря, например, о современной турецкой литературе, Ч. Айтматов замечает следующее:  стихи Назыма Хикмета и романы ЯшараКемаля часто печатается в турецких газетах потому, что литература стала жизненной потребностью народа этой страны. И потому даже самые реакционные газеты могут сегодня обойти имена прогрессивных писателей.

Киргизский писатель давно уже не работает в газете. Однако он поддерживает контакт с прессой, являясь членом редакционных коллегий «Литературной газеты», журналов «Новый мир», «Литературный Киргизстан», входит в редколлегии различных издательств.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 265.

2 Айтматов Ч. Там же.с.352.

3 Айтматов Ч. Там же.с.50.)

Насущные нужды людей, их жизнь и труд постоянно волнуют его, проходят через его сердце и, в конечном счете, приводят к желанию высказаться, находят свое отражение не только в художественных, но и в публицистических произведениях Ч. Айтматова.

Писатель часто выступает на страницах периодической печати с острыми, злободневными материалами: он выступает за сохранение естественной красоты Ферганской долины, за архитектурную оригинальность родного города Фрунзе, за высокую художественность советской многонациональной литературы, за мир и безопасность народов. Тем самым писатель реализует свои теоретические взгляды о журналистике.

В день пятидесятилетия Ч. Айтматова «Комсомольская правда» называла его своим «другом и автором»1. Этому невозможно  возражать. Ибо Ч. Айтматов долгие годы был крепко связан с этой популярной газетой советской молодёжи. Несколько лет тому назад, например, право открыть страницу «Алый парус» было доверено киргизскому писателю. Десять лет спустя Ч. Айтматов об этой странице «Комсомолки» написал так: «Я знаю очень много газетных начинаний, которые быстро иссякли, как-то теряли свое значение в глазах читателей. На этом фоне  «Алый парус» имеет солидный стаж. Десять лет назад мне довелось открыть эту страницу. За это время произошло много изменений и в жизни  общества, и жизни каждого из нас.  Я рад, что «Алый парус» смог привлечь к себе несколько поколений читаталей»2. Хочется лишь подчеркнуть, что только такой писатель, который всегда связан с газетой, может о ней рассуждать компетентно.

Литература и публицистика для Ч. Айтматова – крылья для полёта, где, по-разному выражаясь, можно поведать людям, грядущим поколениям о себе и о времени. Но при всем при том писатель до крайности строг: « литература теряет свои силы, когда занимается делами публицистики»3, т.е. у каждого своя особая специфика.

В ходе работы нами обнаружен любопытный факт. Жизнь и дела людей маленького киргизского села  Шекер в суровые дни войны составляют сюжет очерка Ч. Айтматова «Снега на Манас-Ата», написанный по просьбе редакции журнала «Огонёк»4. В очерке значительное место отведено подвигам подростков-плугарей, которые в 1942 году для того, чтобы распахать дополнительно двести гектаров земли временно оставляли учёбу.  Это событие положено сюжетную основу «Ранних журавлей»5. Быть может, «заказ» журнала способствовал зарождению не только очерка, но и повести!? Ибо «один случайный факт, одно впечатление порождает цепочку образов, заслоняющих собой все остальное»1.

(1 Комсомольская правда, 1978, 12 декабря.

2 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 48.

3 Айтматов Ч. Там же.с.326.

4 Айтматов Ч. Снега на Манас-Ата. –Огонёк, 1975, №19

5 Айтматов Ч. Ранние журавли. –Новый мир, 1975, №9.)

Неоспоримо то, что, работая над очерком, писатель почувствовал  необходимость рассказать о тыле, о подвигах подростков пошире.  «Я сознательно пытаюсь писать обо всем этом как можно сдержанней и лаконичней, ибо не уложусь в  необходимые границы жанра, если стану подробно излагать что и как было в те годы в нашем Шекере»2. (курсив наш –А.П.).

Кстати, о подобном случае в творчестве Фурманова написал А.Ф. Бережной: «Газетные очерки и статьи, в которых он обращался к изображению отдельных эпизодов из жизни чапаевской дивизии и её командира, широко использованы в романе (речь идет о романе «Чапаев» — А.П.). Фурманов иногда переносил целые куски из своих очерков, лишь дорабатывая их стилистически или расширяя введением новых эпизодов и сцен»3 .

Кроме так называемых «внешних признаков» — созвучность   и схожесть  сюжета, в них есть внутренняя связь, идейная созвучность, заключающихся в нравственно-воспитательных пафосах обоих произведений.

Режиссёр Б.Шамшиев на студиях «Ленфильм» и «Киргизфильм» снял по мотивам «Ранних журавлей» хороший художественный фильм.  Примечательно, что в фильме присутствуют  такие эпизоды, «детали», которые есть в очерке, а в повести «отсутствуют».  При написании сценария, видимо, Ч. Айтматов решил вернуться к очерку и черпать из него некоторые реалии жизни.

Итак, очерк, повесть, фильм. Это своеобразная вереница разновидностей и жанров искусства дополняют представления читателей и зрителей о суровых и героических годах военной поры. Это переплетение дарований Ч. Айтматова: публициста, писателя, кинематографиста. Теперь несколько слов о кинопублицистике писателя. Внутренняя потребность и долг связывают Ч. Айтматова с кинопублицистикой. Будучи руководителем союза кинематографистов, он неустанно заботится не только о развитии художественных картин, но и кинодокументалистики.

«Киргизфильм» ежегодно выпускает такие киножурналы, как «Советская Киргизия», «Хроника», рассказывающие о сегодняшних делах и заботах республики.  В них Ч. Айтматов нередко выступает как сценарист, как редактор. Звучащая мысль писателя через экран находит своих слушателей, зрителей. В этом отношении особенно хороша документальная картина «Чингиз Айтматов» («Киргизфильм» -1978). В ней звучат глубоко гуманистические слова большого писателя о мире и человеке.

(1Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 371.

2 Айтматов Ч. Там же.с. 175.

3 Бережной А. Фурманов –журналист. Л., 1955, с. 171.)

В течение многих лет работы в кинематографии Ч.Айтматов постоянно размышляет о состоянии и развитии современного кино, в том числе, кинодокументалистики. Не претендуя на роль теоретика кино, писатель выступает по его вопросам на страницах печати, через эфир.

К сожалению, в публицистический сборник «В соавторстве с землею и водою…» включена незначительная часть кинопублицистики  Ч. Айтматова. Но в специальных изданиях, журналах, книгах писатель опубликовал ряд статей, очерков о кино1.

На совместном пленуме союза писателей и ЦК ЛКСМ Киргизии, посвященном творчеству молодёжи республики2,  Ч. Айтматов, обращаясь к молодым писателям, поэтам, драматургам, критикам родной литературы, говорил о необходимости всемерно умножать и развивать свое мастерство, гражданскую  и политическую активность. 

Вместе с тем он останавливался на роли печати в становлении и формировании молодых талантов. С трибуны писатель приветствовал выход нового литературно-художественного журнала для детей «Байчечекей» («Подснежник»). Рекомендовал расширить объем единственного в республике литературно-художественного, общественно-политического журнала «Ала-Тоо» («Пёстрые горы»)в связи с увеличением числа молодых авторов и потребностью читателей в переводах на киргизский язык произведений зарубежных и советских мастеров словесного искусства. Переводы шедевров мировой классики, заметил Ч. Айтматов, разнообразят наше представление о мире, раздвинут горизонты родной речи. При этом он особенно подчеркнул неоценимую роль для русской и для всей советской литературы журнала «Иностранная литература».

Он говорил о гибком и совершенном языке казахских газет и журналов, призывая при этом молодых киргизских авторов научиться и перенять их опыт.

Он говорил о журналистике и публицистике…

 

***

Итак, Чингиз Айтматов со студенческих лет активно выступая на страницах периодической печати, год за годом постигал её закономерности и специфику.  В результате многолетней связи и непосредственной работы в газете у него вырабатывается свои взгляды на журналистику и публицистику.

Не печатать серых, халтурных произведений, много вступать на страницах периодической печати, учиться у мастеров своего дела – все это характерно для Ч. Айтматова.

(1 Айтматов Ч. Во имя нашего будущего. –Искусство кино. 1973, № 11, с.1-4. Айтматов Ч. Постигая народный характер. –Советский экран. 1978. №22, с.3. Айтматов Ч. Интернационализм национального киноискусства. В кн.: Кино Советской Киргизии, М., 1979, с.11-19.

2 Айтматов Ч. Речь на пленуме. –Кыргызстан маданияты –Культура Киргизии, 1977, 27 января.)

А один из самых значительных вопросов, затрагиваемый Ч. Айтматовым не один раз, — художественная литература в зеркале периодической печати. По мнению писателя,пресса может успешно содействовать качественному росту, совершенствованию художественной литературы, которая, в свою очередь, воздействует на рост  тиража и популярности самой прессы.

В кинопублицистике писатель видит другое: её специфический язык дает возможность лицом к лицу разговаривать с читателем и слушателем. Это, во-первых, та его кинопублицистика, которая звучит через кино и телеэкраны –выступления Ч. Айтматова в документальных фильмах в качестве сценариста, ведущего. Во-вторых, это публицистические выступления, посвященные проблемам кино, которые опубликованы на страницах периодической печати, в специальных изданиях, книгах.

Немаловажный интерес вызывает у писателя вопросы взаимодействия и взаимообусловленности  публицистики и литературы, а также особенности языка прессы.

 

2. МАСТЕРСТВО Ч. АЙТМАТОВА-ПУБЛИЦИСТА

«Мастерство – истоки и дельта творчества». Эти слова принадлежат Чингизу Айтматову. Да, настоящее творчество там, где мастерство, рядом с ним, в нём. Без высокого мастерства не может быть и речи об успехе в творчестве.

Но что такое само мастерство в публицистике, художественной литературе, творчестве вообще? «Под мастерством надо подразумевать совершенное владение своим делом, какое бы оно ни было, во всех моментах его и на всех этапах создания какого-либо продукта труда. Мастерство поэтому нельзя приравнять к отдельным приемам, навыкам, сноровке и пр.  Это и совершенное понимание цели дела, полное и точное чувство назначения создаваемого предмета; это и совершенное понимание и чувство материала, из которого предмет создается; это и совершенное владение орудиями труда, различными, необходимыми для достижения цели инструментами; это, наконец, совершенство самого труда, гармоничность  соединения всех этих элементов в процессе создания предмета. В результате затраченных человеческих усилий получается продукт труда совершенный в своем роде, и по качествам этого продукта мы судим о мастерстве его создателя…

Мастерство, стало быть, не цель, не содержание, не предмет, не форма, а совершенное овладение и целью, и содержанием, и предметом, и формой1, -пишет Б.Бурсов.

(1 Бурсов Б. Мастерство Чернышевского –критика. Л., 1956, с.5-6; Цит. по книге: Прохоров Е. Публицист и действительность. М., 1975, с.46.)

Правда, эти слова сказаны были по поводу литературно-критических произведений.  Однако они исходят из общих закономерностей творчества и применим к явлениям публицистики.

Путь к мастерству тернист. Совершенное  овладение и целью, и содержанием, и предметом, и формой, и методом дается нелегко. Для этого надо приложить немало усилий.

С первой строки, с первого материала никто не становится хорошим журналистом. Чтобы им стать, надо прилежно учиться, пытливо познавать жизнь. Хорош тот журналист, который старается писать лучше. «… За что я берусь, стремлюсь делать оснавательно»1, -писал Ч. Айтматов. Стремление делать основательно, значит, мастерки делать, делать от всего сердца. От сердца к сердцу…

Ч. Айтматов-публицист в начале своего творчества искал и находил «самые короткие пути» к сердцу читателя. В этом ему содействовали статьи, написанные в форме «открытого письма». Такая форма дает публицисту возможность острее и темпераментнее рассуждать о чём-либо, прямо обращаться к адресату, многократно усиливает эмоционально-экспрессивную сторону материала.

Особо хочется подчеркнуть идейную значимость «открытых писем» автора.

В первом из них – «Это ваша вина, земляки!» — писатель беспощадно критикует своих земляков, которые были несправедливы по отношению к молодой, свободолюбивой женщине. «… Я твердо убеждён, — пишет Ч. Айтматов, — что настало время поговорить нам между собой вслух, перед всем честным народом. Это будет полезней»2. Он не побоялся говорить правду в глаза авторитетным и уважаемым людям родного села, он не побоялся вынести сор из избы.

Слова идут от сердца к сердцу. Если они несут в себе истину –принимаются дружелюбно, хотя они подчас бывают горькие, суровые. Так было с двумя последующими статьями Ч. Айтматова.

Как известно, в конце 50-х и начале 60-х годов в творчестве некоторых молодых писателей, поэтов, драматургов, кинематографистов появились нигилистические тенденции. Они неправильно толковали нашу действительность, допускали грубые ошибки в изображении положительного героя, пренебрежительно относились к традициям прошлого нашего искусства. Это о них писал Михаил Шолохов: «Совсем другая картина получается, когда объявляется некий сочинитель, который у нас пишет об одном, а за рубежом издает совершенно иное. Пользуется он одним и тем же русским языком, но для того, чтобы в одном случае замаскироваться, а в другом –осквернить этот язык бешеной злобой, ненавистью ко всему советскому, ко всему, что нам дорого, что для нас свято…»,  «…Мне стыдно за тех, кто оболгал Родину и облил грязью все самое светлое для нас. Они аморальны. Мне стыдно за тех, кто пытался и пытается взять их под защиту, чем бы  эта защита ни мотивировалась.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве с землею и водою… Фрунзе, 1979, с. 367.

2 Айтматов Ч. Там же.с. 15.)

Вдвойне стыдно за тех, кто предлагает свои услуги и обращается с просьбой отдать им на поруки осужденных отщепенцев»1.

Талантливый киргизский писатель не вправе был закрывать глаза на ошибки своих коллег, не мог сказать: «Моя хата с краю». Наоборот, он решительно подавал свой голос за народность, партийность нашей культуры, за чистоту социалистического реализма.

Вот, что писал Ч. Айтматов, обращаясь к своим собратьям по перу: «Где-то нам пытались доказать, что социалистический реализм ограничивает возможности художественного творчества и тому подобное в этом роде. Что ж, еще раз подчеркиваю свою приверженность к социалистическому реализму. Если появляются у нас серые, беспомощные, натуралистические книжки, картины и фильмы, то виноват не социалистический реализм, а виноваты авторы слабых произведений»2.

Спор со своими коллегами Айтматовым ведется очень тактично. Его доказательства насчет того или иного вопроса убедительны, основательны. Это, как видно, не мешает ему горячо парировать высказывания своих оппонентов. Но в речи писателя нет и голой декларативности. Это особенно наглядно проявилось в статье «Горжусь моим современником».

« Я знаю, сейчас, когда я произношу эти слова, кое-кто думает про себя: вот, мол, нашёлся еще один «идейный товарищ» из Средней Азии. Что ж, пуст думают, кому как угодно. Я давно знаком с этим ироническим «идейный товарищ» еще по учёбе в Литературном институте. Жизнь познакомила меня со всякого рода товарищами»3 –пишет Ч. Айтматов и тем самым еще раз подчеркивает свою идейную непоколебимость, верность идеям социализма, родного народа, партии.

Страстные слова публициста наполнены оптимизмом и верой в светлое будущее. Идейная принципиальность, с одной стороны, веская публицистическая мысль, меткие слова, с другой – определяют силу и жизненность этих статей.

В последующие годы Ч. Айтматов развивает и обогащает новыми красками, приёмами форму «открытого письма». Открытые письма писателя 22 немцам из ГДР, десятиклассникам школы имени доктора Теодора Найбауэра города БадДоберан, известному узбекскому романисту Адылу Якубову обращены не только к конкретным адресатам, а к широкому кругу читателей, т.е. те проблемы, которые затрагиваются, казалось бы, в «частных письмах», волнуют многих читателей и вызывают в их сердцах интерес.

(1 Шолохов М. Россия в сердце. М., 1975, с.277, 278.

2 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с.93.

3  Айтматов Ч. Там же.с.98.)

Помимо того, во многих статьях, очерках, заметках писателя так или иначе присутствует  характерная черта «открытого письма» -прямая обращенность к адресату. И это усиливает патетический тон материала, у читателя вызывает чувство сопричастности к изображаемому.К примеру, рассказывая о жатве, публицист обращается к её героям: «Брат мой, пахарь, сеятель, хлебороб! Ты сейчас у штурвала на поле, ты сейчас в дороге за рулём, ты сейчас на грохочущем зерновом току, ты сейчас не спишь ночами, ты сейчас на ладони своей несешь жизнь народа, судьбу и историю страны. Ты сейчас творишь самое извечное и бессмертное дело человеческого рода – ты добываешь хлеб наш насущный»1. Или же в финале очерка о киргизском писателе Т. Сыдыкбекове публицист пишет так: «Не забудьте, Туке, что Вы гора в киргизской прозе –гора не должна убывать!»2.

Публицистичность и художественность заключаются в самой природе творчества Ч. Айтматова-публициста, писателя. «Изъятие публицистики из идейно-эстетического строя сочинений Успенского практически невозможно, равно как и художественно-беллетристических элементов, ибо они отнюдь не иллюстрация к публицистическим или социологическим тезисам автора, а органически включены в идейно-образную структуру очерков»3, -написал исследователь Ю. Бельчиков о русском писателе Г. Успенском. Надо сказать, что эта мысль применима к сочинениям Ч. Айтматова.

Сплав художественности и публицистичности в большой мере проявляется в таких очерках писателя как «О хлебе, о людях, о крае родном», «Женщина с Тянь-Шаня»,«Лунная дорога из хлопка»4, которые, конечно же, отличаются друг от друга по теме, по композиции, по сюжету. В них обобщена основная цель публициста – возвеличивать человека труда. Человек труда – его мысли, переживания, радости составляют основу основ очерков Ч. Айтматова.

Ведя речь о хлеборобах южного Казахстана в очерке «О хлебе, о людях, о крае родном», корреспондент «Правды» пытается увидеть за цифрами и фактами живую душу хлебороба, понять и выразить его мысли, чувства. Он выступает не только пассивным наблюдателем жатвы щедрой на урожай казахской земли, но и сорадуется труду пахаря, сеятеля, хлебороба.  Ему импонирует поэзия земледельческого труда.

В очерке красной нитью проходит мысль о том, что родная земля краше всего, дороже всего. Названному очерку Ч. Айтматова очень близок цикл очерков известного казахского прозаика Абдижамиля Нурпеисова, недавно вышедший в свет на русском языке5.

«Женщина с Тянь-Шаня» — очерк о чабане Телегей Сагимбаевой. Этот очерк созвучен с некоторыми художественными произведениями Ч.Айтматова, которые рассказывают о небывалой социальной активности женщин Советского Востока.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 16.

2 Айтматов Ч. Там же, с. 196.

3 Бельчиков Ю. Г.Успенкий, М., 1979, с. 59.

4 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с.12-23.

5 Нурпеисов А. Край голубых гор. М., 1980.)

Подвиг простой восточной женщины в труде, её счастье в семейной жизни составляют сюжетную основу еще не одного публицистического материала писателя. К примеру, возьмем заметку «Горизонты грядущего»1, где с большой теплотой рисуется образ знаменитого туркменского хлопкороба Гызылгуль Аннамухамедовой.

В публицистических выступлениях такого рода писатель воздает дань уважения Советской власти, акцентирует на  значении ленинской национальной политики КПСС.

По-новаторски сделан очерк «Лунная дорога из хлопка», опубликованный в двух номерах «Правды». Очерк начинается с необычного сравнения: если протягивать узбекский хлопок к Луне, он достигает туда и обратно четыре раза.

В этом произведении, опираясь на конкретные исторические примеры, очеркист обнажает лицо гнилого феодализма, который был тюрьмой тружеников-бедняков. В очерке недаром упоминается старые кинокадры, рассказывающие о дореволюционном Узбекистане. Эти кинокадры дополняют представление читателя о прошлом народа и дают возможность при помощи фактов убедиться в преимуществе нашего строя.

Благодаря очеркисту, «немые» кадры заговорят, заговорят в пользу читателя. «Узбекистан –рукопись, автором которой является Коммунистическая партия, Ленин, Советская власть и все мы –дети Средней Азии, народы-братья многонациональной страны Советов.  И потому каждый штрих нашей действительности показатель всего Советского Востока»2, — заключает автор свой очерк.

Тот, кто прочтет данное произведение, узнает о небывалых достижениях современного Узбекистана за годы Советской власти, узнает о его людях, о дружбе и братстве народов нашей страны. Тем  самым очерк «Лунная дорога из хлопка» приобретает познавательный характер.

Когда некоторые советологи из-за рубежа до обидности искажают и занижают достижения народов Средней Азии и Казахстана, нам крайне нужны такие яркие, правдивые произведения писателей, публицистов – представителей тех краев. Они нужны ради справедливости, взаимопонимания народов земного шара.

«В том, что произошло в советской Средней Азии, в советском Казахстане, мы, коммунисты, не видим ничего сверхъестественного. Это, так сказать, чудо естественное –естественное для советской власти, для социализма, для тех отношений дружбы и братства народов, которые утвердились в нашей стране»3, — сказал товарищ Л.И. Брежнев в докладе «О пятидесятилетии Союза Советских Социалистических республик».

(1  Айтматов Ч. Горизонты грядущего. –Литературная газета, 1976, 10 марта.

2 Айтматов Ч. В соавторстве…Фрунзе, 1979, с. 38.

3 Брежнев Л.И. О пятидесятилетии Союза Советских Социалистических республик. М., 1975, с. 15.)

Нами было сказано, что публицистичность и художественность заключены в самой природе творчества Ч. Айтматова.  О публицистичности художественного творчества или же наоборот, о художественности публицистики, об их сплаве много спорят исследователи и  не без результата. «Публицистичность художественного творчества обусловлена его задачами в грандиозной битве идей и является одним из проявлений открытой тенденциозности, партийного духа советской литературы»1, -пишет исследователь П. Карасёв. 

Говоря о художественной выразительности публицистики, исследователь В. Ученова утверждает, что её природа «реализуется главным образом в формировании специфического эстетического феномена, в вовлечении читателя, слушателя, зрителя в эстетическое переживание, в комплекс эстетического восприятия. Подобное вовлечение в сопереживание предполагает не только знакомство читателя с документально-выразительными формами, не только логически убедительное выяснение их социально-полезных и социально-негативных связей, но и использование документальных данных в особой художественной интерпретации»2.

Как видно из этих высказываний, публицистичность присуща художественным произведениям, как и художественность может являться элементом публицистики. Но в произведениях разных авторов они, естественно, проявляются по-разному.

Если вернуться к названным очеркам публициста, то в них есть и неторопливый, доверчивый разговор автора с читателями, его откровенность перед ними. Прямое обращение автора к читателю, его монолог, изречения, почерпнутые из недр народной мудрости, поистине украшают публицистические материалы писателя.

В своих статьях, очерках Ч. Айтматов предстает не только как повествующий, но и как мыслитель. Шаг за шагом он борется за совершенство письма, за высокую идейность, выразительность своих публицистических произведений. По его мнению, «Борьба с привычными представлениями – одно из условий роста мастерства»3.

Надо отметить, что прогресс в творчестве киргизского писателя-публициста происходит в общем русле советского многонационального многоязычного искусства.

В своей публицистике Ч. Айтматов размышляет о теме, образе, мастерстве в литературе. Он непримирим к халтуре и формализму. В центре внимания писателя-публициста стоят вопросы идейности, партийности, народности нашей культуры. Взгляды писателя на разные проблемы художественной литературы выражают его общественную позицию.

Путь Ч. Айтматова-писателя не прямой, а тернистый путь. Ему, как и всякому большому мастеру культуры, пришлось много сталкиваться с различными трудностями. Публичная полемика о положительном герое, о сегодняшнем положении рассказа, об идейно-политической концепции «Белого парохода» показывают, что писатель обладает необходимыми теоретическими знаниями,  широтой кругозора.

(1 Карасёв П. Проблемы теории публицистики. Л., 1973, с. 20.

2 Ученова В. Творческие горизонты журналистики. М., 1976, с. 161.

3 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 106.)

В публицистике Ч. Айтматова, посвященной литературе, основное место принадлежит очеркам, портретным зарисовкам о мастерах культуры. Отличительная черта таких выступлений заключается в том, что в них говорится о самом главном, о самом насущном.

Оценивая творчество того или иного художника, или же отдельное его произведение, Ч. Айтматов не прибегает к необоснованной хвале или же наоборот, не упрекает без основания. Говорить о самой сути, выявлять характерное, типичное в творчестве, повторяем, отличительная черта публицистических материалов писателя.

В Киргизии широко популярен прозаик Н. Байтемиров. О нём, о его творчестве написаны многочисленные рецензии, научно-критические статьи, очерки, монографии. Но, прочитав небольшую заметку Ч. Айтматова о Н. Байтемирове  трудно не согласиться с его оценкой.

«Самое значительное, -пишет он, -привнесенное Байтемировым в современную киргизскую культуру заключается, на мой взгляд, в его вкладе как мастера слова в развитие киргизского литературного языка»1. Лаконично, просто, без лишних слов. Вот так каждый раз.

«Его ни с кем не спутаешь с первого слова, с первой стихотворной строки. Он постоянен, как постоянен свет Венеры, ярче и дольше всех звезд пылающей на рассвете. И при этом природа сполна одарила Гамзатова щедрым разносторонним талантом, широким, добрым взглядом на мир»2, — это о Р. Гамзатове. «С виду эти повести – как солдаты, одетые в серые шинели. Они идут суровым, сомкнутым строем, как солдаты, эти быковские повести»3 –эти строки о повестях В. Быкова. О поэзии калмыцкого  поэта Д. Кугультинова Ч. Айтматов написал так: Наиболее сильные, яркие стороны кугультиновской поэзии –размышления, раздумья, внутренние переживания, насыщенные тревогами, переходящими в надежды, надеждами, переходящими в сомнения, радостью, горечью, мудростью человека наших дней»4.

Анализируя публицистику Ч. Айтматова, можно убедиться в том, что он чуток не только в оценке творчества, но и в оценке человеческих характеров. Яркое тому свидетельство его очерки о С.П. Урусевском и Д.Д. Шостаковиче5.

С уверенностью можно сказать, что благодаря Ч. Айтматову, созданы художественные образы этих великих людей нашей эпохи в советской публицистике. Еще хочется отметить глубокую задушевность настоящих очерков. Их роднят теплота и любовь.

(1 Айтматов Ч. Юбилейная статья. –Литературная газета, 1976, 8 сентября.

2 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с.221.

3Айтматов Ч. Там же.с.224.

4 Айтматов Ч. Там же.с.228.

5 Айтматов Ч. Там же.с. 230-235, 235-244.)

Публицист безгранично влюбляется в героев своих очерков. И в ходе чтения его симпатия становится симпатией читателя.

С такой же потрясающей силой и любовью написан очерк «Слово об Ауэзове». Мухтар Ауэзов–признанный классик казахской советской литературы. Его вклад в развитии литератур Средней Азии и Казахстана поистине велик.

Данный очерк киргизского писателя ценен тем, что в нём по-новому, с точки зрения сегодняшнего дня, с высоты нынешних достижений художественной литературы выявляется непреходящее значение М. Ауэзова.  Нельзя не отметить глубокую философию писателя. В этом очерке словам тесно, а мыслям просторно. Он от начала до конца глубоко эмоционален. Риторические призывы автора сказаны к месту. Чтобы не быть голословным приведем отрывок из данного очерка и думаем, что на этом примере хорошо понимается то, о чём мы говорили выше: «Именно Ауэзов подвёл меня к пониманию того, что есть некий закон программирующий в творчестве поэта голос самого народа, подобно тому, как огонь запрограммирован в самой материи. И все то, что живет в душе, что бушует в крови, все, что в мыслях, в чувствах, в мироощущениях многих и многих людей –находит свое высочайшее выражение в искусстве поэта. Поэт как бы становится главной гражданской площадью, куда сбегается народ и в дни торжеств и в дни невзгод, и поэтому, если стихи поэта воспевают душу и волю народа, если в стихах поэта восславлена и описана история Родины, если стихи поэта способствуют человеку от колыбели до последних дней на всем его жизненном пути и тогда, когда он силен, деятелен, любим и любит, и тогда, когда он, умудренный опытом, постигает вечности в бессмертии рода человеческого, то да здравствует стих-краса и гордость разума, отрада и щедрость отчих языков, да здравствует первый стих, кто бы и на каком языке не сложил бы его впервые, и да здравствует стих, который будет завтра»1.

Когда речь заходит об Ауэзове, то непременно вспоминается еще одна статья Ч. Айтматова «лихая година». В этой статье он говорит об идейно-политической концепции, высоком художественном совершенстве раннего произведения казахского писателя «Лихая година». Идейная непоколебимость самого автора, убедительность его аргументов –вот что придает силу публицистике.

Статья начинается с неожиданного пролога. «Едет старик по дороге, навстречу ему –незнакомый юноша. Старик всматривается в лицо юноши, и все еще не веря себе, но уже угадывая поразительно знакомые черты, скажет вдруг дрогнувшим голосом: «Откуда ты, сын мой, как око давнишнего скакуна?», — вспомнит все разом: и себя молодым, и давно ушедшего друга, на которого так похож оказался его сын, и ту дорогу, тот гул копыт и посвист ветра в гриве, те голоса, те лица…»2.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 249.

2 Айтматов Ч. Там же.с.218.)

Кстати, если не любой публицистический материал Ч. Айтматова, то большинство из них начинается с неожиданной вводной части. Но это не игра слов, а вполне осознанный приём. Скажем, заметка о Шевченко начинается так: «Не приходилось мне еще бывать на Днепре. Но всякий раз, когда услышишь или встретишь в стороне это слово, испытываешь необъяснимую нежность, какие-то необыкновенно высокие чувства к этому краю, к его людям, к украинской речи. Там жил кобзарь»1.  Или же прочитав следующий «пролог» и легко, и трудно догадаться, что речь пойдет о талантливой советской певице Ирине Архиповой.  «Пожалуй, не сыскать на свете человека, который бы не пел, хотя бы мало-мальски, про себя… Пение сопутствует человеку на протяжении всей его длительной духовной эволюции. Человек начал петь задолго до того, как научился слагать стихи, писать нотные знаки, изображать на плоскости видимый мир. Кто скажет, когда возник бессмертный ручеек колыбельного напева, когда вознеслись в небеса могучие философские гимны, обращенные в древности к богам»2.

Читая «Лихую годину», он видит в ней народный гнев против колониальной политики царизма, ставшей по меткому выражению Ленина, «тюрьмой народов», подтверждение того, что социальная революция была неизбежна во всех пределах Российской империи. Читая «Лихую годину», он выражает свою благодарность Октябрьской революции за то, что она спасла его народы – казахов и киргизов от физического исчезновения.

В своих публицистических выступлениях о видных деятелях культуры, писатель стремится как можно полнее раскрывать сущность их творчества. Несложная композиция, отчеканенный стиль, простой язык статей, очерков Ч. Айтматова общедоступны.

Писатель-публицист умеет говорить о сложных явлениях искусства и литературы очень просто, непринужденно. Он хорошо себе представляет возможности и вкус своих читателей. Однако Ч. Айтматов не из тех, которые слегка потрафляют вкусам публики и тем самым обратят на себя внимание. «Популярный писатель не предполагает не думающего, не желающего или не умеющего думать читателя, -напротив, он предполагает в неразвитом читателе серьезные намерение работать головой и помогает ему делать эту серьезную и трудную работу, ведет его, помогая ему делать первые шаги и идти дальше самостоятельно»3, — написал В.И. Ленин о назначении писателя по отношению к читателю.

Хорошее знание той проблемы, о которой ведешь разговор, несомненно, приведет к успеху. От компетентности автора зависит очень многое.

«Золотые ворота», «Думы на взлётной полосе»4 –эти две статьи, написанные в разное время, затрагивают одну очень злободневную проблему современности, т.е. проблему урбанизации. (Кстати, тот факт, что эти статьи помещены в двух разных тематических разделах публицистического сборника Ч. Айтматова «В соавторстве с землею и водою…», непонятен).

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 204.

2 Айтматов Ч. Там же.с. 282.

3 Ленин В.И. О журнале «Свобода», ПСС, т.5, с. 358.

4 Айтматов Ч. В соавторстве… с. 124-130, 49-53.)

В «Золотых воротах» публицист неторопливо, со знанием дела ведет разговор с читателем о сегодняшнем облике столицы Советского Киргизстана. «Едва взойдет солнце, десятки могучих лайнеров устремятся в глубину неба, курс на все четыре стороны света. А навстречу им поднимутся самолёты, которые повезут во Фрунзе людей, может быть, никогда еще не бывавших в столице Киргизии. Что же увидят они, прибыв в гости на древнюю землю киргизского народа, приумножившего старые традиции культуры и быта передовыми, создавшего социалистический образ жизни, поймут ли сразу по облику города, что прибыли именно в Киргизию»1, — спрашивает автор и тут же отвечает самому себе: «Я говорю не о примелькавшемся повсюду «Добро пожаловать» с адекватной надписью на местном  языке и даже не о внешних признаках пейзажа. Все это есть. Но нет чего-то единственного, что было бы присуще нашему городу. Если хотите, не своих «Золотых ворот», под сводами которых столетиями гнездится слава неповторимости Владимира»2.

И усложняясь, и приобретая острый, деловой характер, сей разговор продолжится до конца. Автор рассказывает о своей причастности к вопросам жилплощади как депутат, рассказывает о досадных моментах в беседе с приезжими людьми из-за плохой архитектуры родного города, рассказывает о впечатлениях о поездке в зарубежные страны и в другие города страны. Тем самым публицист призывает градостроителей республики обратить внимание на архитектурную оригинальность, неповторимость Фрунзе.

Публициста волнует буквально все: и названия улиц, и орнаменты зданий, и месторасположение жилых домов, и ночное освещение. Этим и объясняется успех статьи в кругу читателей республики. Поражает, прежде всего, компетентность  Ч. Айтматова в вопросах современного градостроительства.

«Думы на взлётной полосе» начинаются с описания степи, в которой строится новый аэропорт. Потом следует рассказ о значении нового киргизского порта лайнеров в народном хозяйстве страны. Говорится о людях, технике… Есть монолог автора. Лирическое отступление, словом, публицист рассказывает о новом аэропорте. Но… неожиданный поворот в мыслях – и читатель окажется в прошлом – в эпохе легендарногоМанаса. Оказывается, наши сегодняшние достижения имеют кровную связь с историей народа. То, что вчера было сказкой, сегодня стало явью. Сбылась и мечта древнего народа о крылатом коне, которая рассказывалась в седом эпосе «Манас». Сбылась мечта… на кыргызской земле построен аэропорт, принимающий самые мощные лайнеры современности.  Это –плод дружбы народов, это –большое счастье народа. С  такого ракурса  размышляет публицист.  Да, новый Фрунзенский аэропорт назван именем легендарного  богатыря Манаса, символизируя давнюю мечту и сегодняшний полёт киргизского народа.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 124.

2 Айтматов Ч. Там же. 124.)

Статьи киргизского писателя по вопросам урбанизации показывают, что действенность публицистических выступлений зависит от правдивости, смелой авторской позиции, убедительности аргументов. Большое значение имеет и компетентность  автора. 

Небольшая по объему статья «Собор всемирной литературы»1 –значительное произведение писателя семидесятых годов. Статья полифоничная, многозначная.  Вместе с тем, ее можно легко читать и понимать.

Факт – выход в свет 200 томов лучших образцов всемирной литературы, благодаря мастерству писателя-публициста освещается с разных углов зрения: «поистине поразительно быстро освоились мы с небывалым доселе сводом художественных достояний веков»2; «такого события не знал до сих пор ни один книголюб на земле»3.

Рассказывая о предыстории «БВЛ», автор замечает, что такое всеобъемлющее литературное собрание может дать народу только социализм. «Дать народу» -эти ленинские слова особо подчеркиваются публицистом.

Автором приведены внушительные цифровые данные «БВЛ». Однако цифры не остались только цифрами. Они в дальнейшем «оживают», «обнажается» их сущность. Вот пример: «И когда иные люди пытаются изображать социализм как препятствие для доступа народа к зарубежным культурным ценностям, то следовало бы им учесть, в частности, -130 томов «БВЛ» из двухсот – это переведенные произведения зарубежных авторов»4 (курсив наш –А.П.). Неправда ли, в контексте цифра 130 дает совсем другой смысл, усиливает убедительность сказанного.

В настоящей статье Айтматов-публицист предстает перед читателем как философ, мыслитель. Такие вопросы как взаимоотношение Востока и Запада, состояние переводов в американской литературе Ч. Айтматовым осмыслены со знанием дела, глубоко и правдиво. В «Соборе… наряду с Айтматовым-публицистом выступает и Айтматов-мыслитель, и Айтматов-полемист. Его мысли значительны, весомы…

Естественно, мысль реализуется в слове. Поэтому чувствовать магическую силу языка очень важно для пишущих  людей. Не потому ли Айтматов-публицист к языку относится бережно. Его речь проста и мудра.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 186-192.

2 Айтматов Ч. Там же, с. 186.

3 Айтматов Ч. Там же, 186.

4 Айтматов Ч. Там же, 190.)

Говоря о языке публицистики киргизского писателя, мы сталкиваемся с необычным явлением. Ибо,  он в равной мере хорошо пишет  и на киргизском, и на русском языках. Поэтому его многие публицистические произведения создаются на обоих языках. На стыке разных языков, стало быть, разных мышлений рождается очень многое.

Киргизские крылатые слова, пословицы, поговорки благодаря перу Ч. Айтматова становятся достоянием его публицистики, написанные на русском языке. Или же наоборот.

Прежде чем анализировать язык публицистики писателя, рассмотрим его взгляды на язык и в узкофилологическом,  и в самым широком смысле этого слова.

Раздумья писателя о роли того или иного языка в обществе, в культурной жизни народа перекликается с ленинским учением. Язык,-по Айтматову, -автопортрет народа и языковая экология, по мнению писателя, так же хрупка, как экология природы. Поэтому требуется очень бережное отношение к нему.

Ч. Айтматов неоднократно повторяет мысль о бесспорности преимущества родного языка для писателя, пишущего о жизни своего народа, о родных ему людях, об их особенностях, обычаях, традициях, характерах и психологии.

О билингвизме в творчестве киргизский писатель написал так: «Подлинно художественное произведение, которое бы нашло отзвук в сердцах соотечественников и которое доставило бы им эстетическое наслаждение, может появиться, разумеется, прежде всего,  на родном языке нации. Об этом свидетельствует опыт многих художников слова, опыт многих литератур.

Однако в жизни нет ничего абсолютно незыблемого. Процессы исторического и культурного развития нынешнего столетия привели народы к таким общениям, что население многих развивающихся стран стало владеть двумя языками –своим родным и одним из европейских языков»1.

Работа над языком – основная и кропотливая работа Ч. Айтматова. Поэтому ли его слова имеют чудодейственную, могучую силу.

Характерная черта языка публицистики писателя –лаконичность, ясность. Он скуп в отношении объема публицистических произведений, он не любит, как говорится, бросать слова на ветер. Публицист, видимо, хорошо понимает значение известного изречение «краткость – сестра таланта».

«Писать собственную биографию для чтения других, для публикации –дело довольно трудное. Кто его знает, как лучше: подробно описывать свою жизнь или покороче? Напишешь много, скажут: вот – развёз на целую версту, напишешь мало –зачем было писать, если ничего тут нет интересного. Вообще то, лучше не писать»2. С таким или же приблизительно таким опасением выходит он каждый раз на «сцену» периодической печати.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 109.

2 Айтматов Ч. Там же, с. 148.)

Всегда быть «подтянутым», расчетливым – принципиальное качество публициста. «Вставайте ночью, чтобы переправить неудачную строку. Огорчайтесь из-за пропущенной в корректуре запятой»1 –учил Леонид Леонов молодых писателей.

Помимо всего прочего у Айтматова есть свои «собственные» слова, обороты речи, выражения, т.е. есть свой мир слов. Этот мир создан из двух разных по характеру, но в равной мере родных ему языков –тюркского и русского.

Ч. Айтматов не останавливается на достигнутом. Он всегда в творческом поиске. Поэтому изо дня в день совершенствуется его мастерство, главными чертами которого, на наш взгляд, являются:

— идейность и партийность;

— отбор злободневных, самых насущных событий народнохозяйственной, общественно-политической жизни;

— сплав художественности и публицистичности;

— задушевный и откровенный разговор с читателем;

— простота и лаконичность;

— компетентность;

— выразительность языка.

Разумеется, этим не исчерпывается вопросы мастерства Ч. Айтматова –публициста, в творчестве которого много поучительного, полезного.

На опыте Ч. Айтматова можно многому научиться. Ибо, «мастер не тот, кто приходит и учит, а тот, кто делом своим сокрушает мнимое и открывает глаза на подлинную суть вещей»2. Такие мастера своего ремесла, как  Ч. Айтматов, встречаются не каждый раз.

 

3. ПУБЛИЦИСТИЧНОСТЬ ПОВЕСТЕЙ ПИСАТЕЛЯ В КОНЦЕ 60-х и 70-х ГОДОВ

О публицистичности художественной прозы заговорили сравнительно недавно, хотя это свойство заложено в самой природе её. По мнению многих исследователей, понятие «публицистичность художественной прозы» ведет свое летосчисление от статьи

(1 Леонов Л. Талант и труд. — «Октябрь», 1956, №3.

2 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с. 226.)

А.Бочарова «Существует такое качество – публицистичность…»1, опубликованной в десятой книжке «Вопросы литературы» за 1958 год.

Автор этой статьи пишет о том, что «публицистика, не только разведчик литературы, она проникает в художественную ткань романов и повестей, рождая то качество, которое принято назвать публицистичностью»2 . «Публицистичность как одна из форм проявления тенденциозности писателя, -продолжает далее исследователь, -чаще всего реализуется в прямом авторском высказывании, объясняющем общественный смысл происходящего или полемически заостренном против определенных концепций и взглядов. Прямое высказывание своих мыслей одно из преимуществ народного писателя, способного оценивать жизнь с правильных идеологических позиций»3.

Публицистичность проявляется в различных формах –от прямого высказывания суждений до публицистического наполнения писателем многообразных элементов художественного произведения.  Но при этом следует не забывать о том, что избыток публицистичности в художественной прозе подчас снижает её уровень. Эстетическое постижение действительности нельзя подменять публицистическим суждением о нём.

В последующие годы появились научные труды, расширяющие наше представление о публицистичности художественной прозы как о важном аспекте теории публицистики, литературы. Одни исследователи склонны рассматривать общие закономерности публицистичности художественной прозы, литературной критики, а другие пытаются раскрыть её на примере творчества конкретного писателя4. Теоретики публицистики и литературы единогласно утверждают, что публицистичность художественной литературы растет день за днём и объясняют этот рост усложнением идеологической борьбы, ростом авторитета писательского слова в обществе.

О неизбежности проявления публицистичности в художественной литературе говорят сами писатели, публицисты. «Публицистичность кажется мне обязательной составной частью литературы любого жанра; рано или поздно каждый писатель приходит к изложению собственных взглядов на жизнь и к борьбе за них. Если он формулирует свои убеждения нескрыто, если он достаточно нетерпелив и отважен для этого, публицистичность все более ощутима»5, -пишет известный советский писатель-публицист Виталий Коротич.

(1 Бочаров А. Существует такое качество –публицистичность… -Вопросы литературы, 1958, 310, с.77.

2 Бочаров А. Там же, с. 82.

3 Бочаров А. Там же, с. 82.

4 Горохов В. Публицистическая литературная критика. Вест. Моск. Ун-та. Серия Филология, Журналистика. 1963, №3. Карасев П. Проблемы теории публицистики. Л., 1973. СтаниславлеваВ. Леонов-публицист. М., 1974. Здоровега В. Слово тоже есть  дело. М., 1979.

5 Коротич В. Ответ на анкету. –Литературная учёба, 1980, №1, с.90-91.)

В творчестве Чингиза Айтматова в конце 60-х годов, вернее с повести «Прощай, Гульсары!» (1966) начинается новая полоса изображения действительности. Прежний романтический характер повествования не стал удовлетворять писателя. И, соответственно, повествование от первого лица, которое более способствует исповедальной манере письма, патетике. Но не только это. Происходила настоящая эволюцияв самой сущности творчества –Ч. Айтматов более реалистично, глубоко постиг сложность нашей эпохи. В этом произведении узнать прежнего Ч. Айтматова и легко, и трудно. Легко потому, что в нём мы встречаемся с тем же айтматовским проникновением в глубинную суть человеческой жизни, трудно потому, что художественная манера его стала еще сложнее, глубже и многозвучнее. Прежний романтико-патетический стиль Чингиза Айтматова в этой повести выглядит педалированно-суровым, предметно-реалистичным»1, — написал киргизский критик К. Асаналиевпро «Прощай, Гульсары!».

Об иной манере своего письма, об отличии «Прощай Гульсары!» и последующих за ним произведений от прежних повестей и рассказов нередко говорил сам писатель, подчеркивая широкую возможность повествования от третьего лица, где автор может свободно высказаться по тому или иному поводу. В этом заключается одна из причин роста публицистичности повестей писателя в конце 60-х и 70-хгодов.

«Прощай, Гульсары!» -этапное произведение Ч. Айтматова. Судьба ТанабаяБакасова –борца за новую жизнь на родной земле, бывшего фронтовика, впоследствии чабана и табунщика – судьба старшего поколения киргизских коммунистов. Публицистичность повести найдет свое отражение в глубоком анализе судьбы рядового коммуниста.

Построение данной повести, на наш взгляд, подчинено и изображению, и осмыслению действительности. Танабай –сын своего народа, своей эпохи. Поэтому ему присущи и удачи, и неудачи, и горе и радость. «Образ Танабая, — пишет литературовед Э. Скобелев, это типический образ нашего современника, идущего в первом эшелоне мужественных советских людей, первыми в истории прокладывающих путь в грядущее»2.

Показывая своего героя в разных ракурсах, автор повести выступает как его единомышленник. Трудная, быстро идущая как бег иноходца жизнь старика задевает душу писателя. С первой строки до последней авторская симпатия на стороне Танабая, т.е. на стороне правды. Позиция героя есть позиция автора или же наоборот. Они слиты в единое, они как вдох и выдох одного сердца. Недаром исследователь Г. Радов назвал Айтматова другом Танабая3.

(1 Асаналиев К. Новая повесть Чингиза Айтматова. –В кн.: Чингиз Айтматов. Очерки, статьи и рецензии о творчестве писателя. Фрунзе, 1975, с. 192.

2 Скобелев Э. Путь Танабая. Там же, с. 213.

3 Радов Б. Танабай, друг Айтматова. Там же.с.198.)

Танабаю стало жарко, он расстегнул ворот рубашки и, трудно дыша, начал ходить вокруг телеги, забыв про коня, про дорогу, про наступающую ночь. И никак не мог успокоиться. Там, в доме сына, он сдержался, посчитал ниже своего достоинства пререкаться с невесткой.  А сейчас вдруг вскипел, сейчас бы он все, о чём горько думал по дороге, высказал ей: «Не ты принимала меня в партию, и не ты выгоняла. Откуда тебе знать, невестка, что тогда было. Теперь обо всем судить легко. Теперь всяк грамотный, почет и уважение тебе. А с нас спрашивали, да как еще спрашивали! За отца, за мать, за друга и недруга, за себя, за собаку соседскую, за все на свете были в ответе. А что исключили, так это ты не тронь? Это моя печаль, невестушка. Это ты не тронь»1. Вот один из многочисленных эпизодов, доказывающих симпатию автора к своему герою.

   То, что волновало писателя, высказано устами его любимых героев: Танабая, Чоро, Джайдар, Керимбекова. Они, эти люди –простые, добросовестные, решительные, глубоко верят в коммунизм. Через плеяду замечательных героев-образов автор показал революционные черты национального характера. В талантливой повести красной нитью проходит мысль о том, что киргизы благодаря социализму навечно сбросили национальную ограниченность, темноту и невежество. Однако среди новой социалистической нации ещё встречаются такие люди, как самодур Алданов, карьерист и подлец Сегизбаев, ничтожество Ибраим. Гражданский долг писателя не позволяет не говорить о них, не обнажить их лживое лицо.

В авторских монологах, которые стали органической частью произведения, выражены самые сокровенные мысли писателя, его отношение к дружбе народов, народным традициям и обычаям.

Иноходец Гульсары не только честь Танабая, но и честь всех киргизов, горячо любивших с седых времён лошадей. Горькая судьба иноходца Гульсары в какой-то мере помогает раскрыть образ его хозяина.

Недаром в повести достоинство людей измеряется их поступками в отношении иноходца. В этом есть свой резон, заключающийся в том, что если ты хороший по натуре человек, то не можешь не любить коня –спутника джигита, не можешь не оценить бег иноходца – красы колхоза. А те люди, подобные Алданову и Ибраиму, которые железными путами сковывали Гульсары, мало того оскопили его с целью наказать Танабая за крепкие, но вполне справедливые слова в свой адрес, никогда и ни от кого не заслужат благодарности.

Образ Гульсары полюбили читатели. Поэтому его смерть вызывает боль не только в сердце старика Танабая, но и в сердцах многочисленных читателей. Не умирай любимый конь?! Не прощай  навсегда!?

Повесть «Белый пароход» (1970) –одно из значительных произведений писателя. Не будет преувеличением, если скажем, что появление новой повести Ч. Айтматова стало литературным не только у нас в стране, но и за рубежом.

«Белый пароход» стал предметом литературных споров, дискуссий. Многие маститые критики, мастера художественной прозы нашей страны высказывали свои часто противоречивые  мнения по поводу идейно-политической концепции, художественной выразительности повести киргизского писателя. Но неоспоримо то, что «Белый пароход» -один из лучших образцов современной советской многонациональной литературы.

(1 Айтматов Ч. Повести и рассказы. М., 1970., с.191.)

Повесть сложная, полифоничная. Поэтому разговор о ее публицистичности требует тщательного, внимательного анализа. Здесь все сложнее, чем в «Прощай, Гульсары!».

В прежней повести Ч. Айтматова авторская позиция, раздумья по тем или другим общественно-политическим вопросам налицо, очевидны. А в «Белом пароходе» она проникает в сущность каждого абзаца, предложения, переплетается пейзажным изображением, имеет место в мифах, легендах, которые нередко встречаются в повести.

Легенда о матери-оленихе, например, несет а себе большую долю публицистичности. Эта легенда о том, что люди разных племён должны жить в мире и согласии, что нельзя истреблять человеческий род. Эта легенда о том, что каждый человек, каждый народ должен дорожить своей землей, как зеницу ока беречь природу.

Есть ли река шире тебя, Энесай,

Есть ли земля роднее тебя, Энесай?

Есть ли горе глубже тебя, Энесай,

Есть ли воля вольнее тебя, Энесай?

Нету реки шире тебя, Энесай,

Нету земли роднее тебя, Энесай.

Нету горя глубже тебя, Энесай,

Нету воли вольнее тебя, Энесай.

Эта народная песня, заложенная в ткань легенды –трактат о любви к родной земле.  Как искусно Ч. Айтматов пользуется ею, два раза повторяя в своем произведении, усиливает его эмоциональную сторону.

О публицистичности фольклорных произведений справедливо написали специалисты. По их утверждению истоки публицистической деятельности восходят к устному народному творчеству не в меньшей мере, чем к профессионально отточенному политическому красноречию. «… злободневная политическая мысль, — пишет В. Ученова, -обращенная к живому, непосредственному восприятию широкой аудитории, облекались не только мастерством тщательно придуманных политических речей, но и мастерством импровизации фольклорных произведений. Политическая активность бесправных и угнетенных слоев трудящегося народа находила действенные формы проявления»1.

(1 Ученова В. Публицистика и политика. М., 1979., с. 37.)

Значит, фольклор служил бесправным и угнетенным оружием борьбы. Наши

Предки посредством легенды, мифа, сказки выражали свои отношения к явлениям природы, общества.

Полемизируя с оппонентами по дискуссии повести «Белый пароход», писатель называл легенду о Матери-оленихе «памятью народа, сгустком его жизненного опыта, его философии и истории»1. «Меня поразило, пишет далее писатель, что проблемы, поставленные в древней притче о Матери-оленихе, не утратили своего нравственного смысла и для наших дней»2. Именно не утратили своего смысла. Не употребляя термин «публицистичность», писатель говорит о публицистичности древних мифов и легенд.

Легенда о Матери-оленихе – концепция повести «Белый пароход». Она органически сливается с сюжетом произведения и дает ему публицистическую окраску.

Легенда активно воздействует на ум и совесть людей, прежде всего, на совесть семилетнего мальчика. Мальчик олицетворяет совесть и честь человека. Добро в лице мальчика не терпит зло в лице Орозкула. Правда, в повести добро потерпит поражение – мальчик погибает. Ему не приходит на помощь пассивный гуманизм его деда Момуна. Дед Момун не умеет бороться с плохими, коварными людьми, окружающими его. Поэтому его поступки заранее обречены на провал. Да и добро в лице мальчика в тысячу раз активнее и полезнее, чем пассивный гуманизм Момуна.

Помимо всего прочего в конце произведения писатель берет слово: «Ты уплыл. Не дождался ты Кулубека. Как жаль, что не дождался ты Кулубека»3, -так начинается его слово, и строка за строкой накаляется его пафос, громче и еще громче звучит голос справедливости: «…Почему ты не побежал на дорогу. Если ты долго бежал по дороге, ты непременно встретил бы его. Ты бы узанл его машину издали. И стоило бы тебе поднять руку, как он тотчас бы остановился»4.

Слово писателя звучит. Звучит с ноткой горести, но не трагедии. Слово писателя обнадёживает читателя. Его слово имеет решающее значение. «Одно лишь могу сказать теперь –ты отверг то, с чем не мирилась твоя детская душа. И в этом мое утешение. Ты прожил как молния, однажды сверкнувшая и угасшая. А молнии высекаются небом. А небо вечное. И в этом мое утешение.

И в том еще, что детская совесть в человека –как зародыш в зерне, без зародыша зерно не прорастает. И что бы ни ждало нас на свете, правда пребудет навеки, пока рождаются и умирают люди»5.

(1 Айтматов Ч. В соавторстве… Фрунзе, 1979, с.131.

2 Айтматов Ч. Там же, с.131.

3 Айтматов Ч. Повести и рассказы. М., 1970, с. 106.

4 Айтматов Ч. Там же, с. 106.

5 Айтматов Ч. Там же, 106.)

Публицистическое слово писателя не оставляет камня на камне от мысли о безысходности произведения.

Разбирая повесть «Ранние журавли» (1975), литературовед В. Оскоцкий называл «чутким к зову времени»1. В чем его чуткость?

Много прошло с тех пор, когда кончилась Великая Отечественная война. Жизнь шла вперед. Писатели, пережившие войну, написали великолепные произведения о ней.

Но потребность читателей в военной теме растет изо дня в день. Особенно молодёжь хочет знать о минувшей войне подробно, дабы понять и прочувствовать подвиг отцов и матерей. К тому же, жизнь тыла, по мнению литературоведов, еще не достаточно изображена в художественных произведениях.

И вот спустя много лет Ч. Айтматов напишет повесть о тыле, вернее, о подростках –плугарях тех суровых лет, об их любви, горечи… Чуткий к зову времени! Не в этом ли общественная активность писателя, стало быть, оперативность, публицистическая сила его художественного произведения.

«Да, чего только нет на Цейлоне, каких только чудес. Живи себе и ни о чём не думай. Главное, не попадаться при этом на глаза баю-плантатору. Тот с кнутом ходит. Цейлонцев по спине стегает, как рабов. Угнетатель! Ха, да ему врезать в ухо так, чтобы в глазах засветилось. Кнут отобрать, а самого заставить работать. И никаких поблажек эксплуататорам и разным другим капиталистам, никаких разговоров: работай сам за себя, и все! Известно, от них ведь фашисты происходят…»2.

Так с первой строки Ч. Айтматов устами главного героя произведения Султанмурата рассказывает сущность, классовый характер войны. Выражает свой гнев по отношению к эксплуататорам.

Война лишила таких подростков, как Султанмурат отцов, братьев, война заставляет их бросать учёбу и пахать на Ак-сае.  Их колхоз не досеял озимую пшеницу. Надо её компенсировать яровой пшеницей. «… если везде, во всех колхозах и совхозах недоберут, недосеют, недоделают, как мы у себя, то может случиться, врага не одолеем»3. Это известно подросткам. Поэтому слова председателя Тыналиева о помощи они принимают как должное.

Чрезвычайное положение в колхозе писателем описано очень убедительно. Повторяющаяся как поэтический рефрен фраза «вот так говорил председатель Тыналиев» дает повествованию эмоционально выразительную силу.

(1 Оскоцкий В. В содружестве талантов. М., 1978, с.215.

2 Айтматов Ч. Ранние журавли. –Новый мир. 1975, №9, с. 38.

3 Айтматов Ч. Там же, с. 38)

Да, война во всем виновата, фашисты виноваты. Но об этом писатель не говорит нарочито открыто. Он  избегает такого разговора. Читаем только монолог подростка  Султанмурата:«И никто не подозревал, что Султанмурат только что выскочил со двора с автоматом в руке и побежал с ним прямо туда, прямо в ту сторону, где шла война, без передыха прямо на фронт, и там крича от ярости и гнева, плача и крича, расстреливал фашистов очередями, очередями, очередями, из неиссякаемого, неумолкающего, автомата за убитого отца, друга своего Анатая, за причиненные аилу страдания и беды…»1. Писатель от себя лишь добавляет: «Жалко, что не было у него автомата»2. 

Повесть имеет большое воспитательное значение для нынешних молодых людей.  Поколение подростков военных лет –«ранние журавли» воспитывались на лучших качествах поколения фронтовиков, а их бесстрашный пример  должен быть обнародован среди нашей молодёжи. Такова воспитательно-нравственная идея повести.

«Пегий пёс, бегущий краем моря» был написан в 1977 году. Эта повесть несколько необычна для творчества киргизского писателя. В данной повести автор перешагнул границу своей традиционной темы: она не о киргизах, не о вечно снежных вершинах, не о лощадях, с которыми читатели подружились крепко. Произведение это о нивхских рыбаках, живущих на побережье Охотского моря.

Тема, как видно, для Ч. Айтматова совершенно не знакома. По признанию самого писателя, он ни разу не был в тех краях, в глаза не видел рыбаков.  На эту повесть его вдохновил рассказ писателя Владимира Санги, нивха по национальности. «Я писал эту вещь с трепетом и любовью, как бы предчувствуя, что последним вижу этих людей, в последний раз живыми»3, -написал Ч. Айтматов в своей повести.

В наши дни на Западе много шумят о ничтожестве, бессилии человека перед стихией природы, о неизбежном крахе человеческого рода. Такие пессимистические взгляды западных теоретиков исходят из самой природы капитализма. Вера в человека и его силу чужды для них. Это и понятно. Чем слабее человек, чем ограниченнее его миропонимание, чем легче им управлять, натолкнуть на самые низменные поступки. На этом и держится мир капитала.

Повесть Ч. Айтматова «Пегий пёс, бегущий краем моря» утверждает обратное. Ее тема – любовь к людям, гордость за человека, который умеет быть благородным для последней минуты своей жизни.

(1 Айтматов Ч. Ранние журавли. –Новый мир, №9, 1975, с.81.

2Айтматов Ч. Там же, 81.

3 Айтматов Ч. В соавторстве с землею и водою… Фрунзе, 1979, с.390.)

«…перед лицом бесконечности простора в лодке ничто.  Но человек мыслит и тем восходит к величию моря и неба, и тем утверждает себя перед вечными стихиями, и тем он соизмерен глубине и высоте миров. И потому, пока человек жив, духом он могуч, как море, и бесконечен, как небо, ибо, нет предела его мысли. А когда он умрет, кто-то другой будет мыслить дальше от него и дальше, а следующий ещё дальше и так без конца»1. Приведённая мысль писателя из повести созвучна с мыслями его публицистических материалов.

Быть человеку. Быть человеку, несмотря ни на что, пахать землю, растить урожай, умножать свой род. Об этом говорили великие мыслители человечества. Сказ о вечности человеческого рода продолжается и сейчас, в наши дни. Ибо, в нашем веке как никогда остро перед нами стоят важнейшие социально-нравственные проблемы, в том числе, угроза самому существованию человечества.

«Мы все в одной лодке – всем нам должна выйти одна судьба»2, -говорит один из героев «Пегого пса…» Эмрайин. «Мы все сегодня в одной лодке, а за бортом –космическая бесконечность»3, -говорил писатель с высокой трибуны международной встречи литераторов в Софии.

Жизнеутверждающий, активный гуманизм Ч. Айтматова в полной мере проявляется в этой повести. Его голос сливается с голосом миллионов людей, которые хотят победит стихию, трудиться на мирной земле, жить во веки веков.

Глубокий нравственный смысл повести созвучен идеям нашего коммунистического общества. Нивхи, живущие далеко от цивилизации, задолго до Октябрьской революции думают о будущем своего рода, они глубоко верят в силу человека перед стихией, в человечность. 

Надежда на будущее. Именно ради будущего взрослые люди жертвуют жизнью, продлевая тем самым жизнь одиннадцатилетнего охотника – новичка Кириска.

Да, это трагедия. Но трагедия «оптимистическая» и тема оптимистической трагедии, присутствующая во всех трёх повестях –«трилогии о детстве» Ч. Айтматова в «Пегом псе…» решена своеобразно. Вспомним, смерть  мальчика из «Белого парохода», или Султанмурата из «Ранних журавлей», у которого бандиты-конокрады убили отцовского коня, и сам он остался в тёмной ночи, в глухой степи лицом к лицу с волком. А в «Пегом псе…» Кириск–надежда рода –возвратился к берегу, его жизнь вне опасности.

Сохранив жизнь Кириска, разумеется, при этом,  не нарушая логику развития сюжета, писатель утверждает силу деятельного добра. Философско-публицистическая концепция Ч. Айтматова о деятельном добре в «Пегом псе, бегущем краем моря» намного отличается от подобной концепции предыдущих повестей «трилогии о детстве».  В последней повести она звучит более сильно и жизнеутверждающе.

В повести символы имеют публицистическую силу. «Пегий пёс, бегущий краем моря» -это берег, берег есть земля, земля есть жизнь. Акугуг–полярная сова –надежда, сильная надежда на жизнь.

(1 Айтматов Ч. Пегий пёс, бегущий краем моря. –Знамя, 1977. №4, с. 14.

2 Айтматов Ч. Там же, с. 39.

3 Айтматов Ч. В соавторстве с землею и водою… Фрунзе, 1979, с.60.)

Нисколько не умаляя художественности, публицистичность всегда проникает в ткань великолепной прозы Ч. Айтматова.

В «Прощай, Гульсары!» публицистичность в большой степени проявляется в авторской речи. Писатель часто высказывает свое мнение, объясняет общественное явление своими словами.  И авторская позиция непоколебима. Он выступает с положительными героями произведения как единомышленник. Поэтому то, что сказано устами таких героев, как Танабай, Чоро, Джайдар, Керимбеков есть мнения, оценка, тревога самого автора.

А повесть «Белый пароход» отлична от «Прощай, Гульсары!». В ней автор выражается иначе: при помощи мифа, легенды. Устное творчество народа, как известно, было его голосом в неравноправном обществе.  В нём есть большой публицистический заряд.

Заслуга нашего современника Ч. Айтматова заключается в том, что он тонко чувствовал и «заставлял» народное творчество работать на наш век. В «Белом пароходе» содержится страстная авторская речь.

Несгибаемая воля нашего народа в годы Великой Отечественной войны восславлена в «Ранних журавлях». Это эпос о тыле, эпос о подростках-подранках, об их любви.

В победе над фашизмом есть заслуга всех народов и народностей нашей могучей Родины. В том числе и киргизского народа. О подвиге сынов народа в повести рассказано с большой гордостью и теплотой. До сих пор в киргизской советской литературе не было такого сильного, яркого по художественности и идейности, овеянного публицистичностью произведения о тыле.

«Ранние журавли», кроме всего прочего, носят познавательный,  воспитательный характер для нынешней молодёжи.

Повесть «Пегий пёс, бегущий краем моря» отличается от прежних произведений Ч. Айтматова только по тематике. Её идейное содержание – вечная борьба добра со злом,   так или иначе была затронута и в других повестях писателя. Однако, Ч. Айтматов в этой повести делает шаг вперёд в решении проблемы деятельного добра.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Замечательный писатель современности Чингиз Айтматов является и талантливым публицистом. Начав свой творческий путь на поприще журналистики, Ч. Айтматов прошёл в «Правде» отличную журналистскую закалку. Писателя по сей день роднит кровная связь с центральными и республиканскими периодическими изданиями, что помогает ему лицом к лицу вести разговор с читателем, откликаться «на злобу» дня. 

Ч. Айтматов неизменно выступая на страницах периодической печати продолжает традицию великого писателя пролетариата М. Горького и других писателей старшего поколения. Как известно, писателя, который держит с газетой связь,  высоко ценил Владимир Ильич Ленин. Он был заинтересован в привлечении мастеров художественной прозы к работе политической газеты.

Характеризуя отношение В.И. Ленина к писателям, публицистам, журналистам, исследователь В. Варустин пишет: «Писателя в газете Ленин ценил, прежде всего,  за то, что он приносит на её страницы свежие темы, вскрывает новые пласты жизненного содержания, обогащает её неповторимым опытом наблюдательной и впечатлительной личности. Природа писательского творчества такова, что художник способен своими беллетристическими и публицистическими произведениями сильно воздействовать не только на разум, но и на чувства  читателей»1.

Многолетняя связь с работой газет, журналов и издательств позволила Ч. Айтматову расширить круг наблюдений, шире и глубже узнать народную жизнь.

Ч. Айтматов в совершенстве владеет языком журналистики и публицистики, т.е. отлично знает их специфику и отличие от художественной прозы. Но не только. У писателя есть свои взгляды на публицистику и журналистику.

Речь публицистики в жизни общества, ее соотношение с художественной литературой, место и назначение литературно-художественных  изданий – вот далеко не полный перечень проблем, которых рассматривает Ч. Айтматов.

Писатель в содружестве с кинематографистами Киргизии и других студий страны участвует в создании художественных фильмов по своим произведениям. Он вот уже несколько лет возглавляет союз кинематографистов республики. Это, конечно же, сказывается на публицистике Ч. Айтматова, т.е. он много пишет о кино, ведет киножурналы, выступает как сценарист  и редактор многих документальных фильмов. 

Мастерство Ч. Айтматова-публициста отличает глубокое проникновение в суть явлений. Писатель-публицист всегда лаконичен, не щедр на похвалы, сдержан. Последнее часто проявляется,  когда он пишет о людях искусства и литературы.

Ч. Айтматов-публицист предвидит талантливого человека. Наверное, многие помнят его предисловие к книге киргизского скульптора, навеянное и наполненное теплыми словами, надеждой2. Чутье не изменяло Ч. Айтматову. Отрадно отметить, что монумент Т. Садыкова «Борцам революции», сооруженный в одной из центральных улиц города Фрунзе, отмечен в этом году Ленинской премией.

Язык Айтматова-публициста сочен, многокрасочен. Это происходит от того, что он в равной мере хорошо пишет на киргизском и русском языках. На стыке двух языков, стало быть, двух мышлений, двух культур рождается очень многое.

(1 Варустин Л. Ленин о союзе писателя и газеты. –Вестн. Лен.ун-та, выпуск 3, №14, 1977, с.109.

2 Садыков Т. Крылья, М., 1976.)

Публицистические особенности художественной прозы Ч. Айтматова очень своеобразны. Главное, в них есть ясная позиция автора по идеологическим и политическим вопросам. Писатель выступает как единомышленник своих положительных героев, выражает свое отношение к тем или иным явлениям общества, природы, компетентно анализирует их.

Повести и рассказы киргизского писателя насыщены публицистичностью. Это в большой степени относится к его повестям конца 60-х и 70-х годов. В произведениях этого периода автор ведет повествование от третьего лица, что дает много простора авторским суждениям и раздумьям.

Публицистичность, которая заложена в ткани художественной прозы, нисколько не умаляет её значения, а наоборот, помогает писателю тонко, глубоко раскрыть суть общественных  явлений. Конечно, писатель, которому дано отразить в такой мере  современный литературный процесс, может выполнить свою задачу и свое назначение лишь при условии, что он будет использовать не только слово художественное, но и публицистическое.

Публицистика стала неотъемлемой частью творчества Ч. Айтматова.

«И снова мысль возвращается к ленинским словам о задачах партийной публицистики –писать о современности так, чтобы пером своим приносить посильную помощь практическому делу нашей партии, нашего народа. Это ведь и теперь главная задача нашей публицистики, нашей массовой пропаганды, всей идейно-воспитательной работы партии. А в более широком плане – и нашей художественной литературы и искусства вообще»1, -говорил товарищ Л.И. Брежнев на торжестве при вручении ему Ленинской премии за книги «Малая земля», «Возрождение», «Целина».

Да, верные заветам великого Ленина, наши публицисты, журналисты, писатели пишут замечательные страницы современности и тем самым приносят посильную помощь практическому делу нашей партии, нашего народа. В их числе одно из особых мест принадлежит киргизскому писателю Чингизу Айтматову.

(1 Брежнев Л.И. Речь при вручении Ленинской премии. –Правда, 1980, 1 апреля.)

 

СПИСОК использованной литературы

1.                  Ленин В.И. О журнале «Свобода». –Полн. Собр. Соч. Т.5. с. 358-359

2.                  Постановление ЦК КПСС «О литературно-художественной критике» -Правда, 1972, 25 апреля.

3.                  Брежнев Л.И. О пятидесятилетии Союза Советских Социалистических республик. М. 1975.

4.                  Брежнев Л.И. Речь при вручении Ленинской премии. –Правда, 1980. 1 апреля.

5.                  Абдыкадыров А. Национальное и интернациональное в творчестве Чингиза Айтматова. (Автореферат). М., 1974.

6.                  Азизов М. Мастерство Чингиза Айтматова (Автореферат). Махачкала. 1974.

7.                  Асаналиев К. Движение во времени. Фрунзе, 1978.

8.                  Аскаров Т. Восхождение к зрелости. Фрунзе, 1976.

9.                  Бельчиков Ю. Успенский Г. М., 1979.

10.              Бережной А. В.И. Ленин – публицист и редактор. М., 1975.

11.              Бережной А. Фурманов –журналист. Л., 1953.

12.              Борбугулов М. Единство национального и интернационального. М., 1979.

13.              Вартанов Г. Я.А. Галан. М., 1979.

14.              Веревкин Б. М.Е. Кольцов. М., 1977.

15.              Воронов В. Чингиз Айтматов. Очерк творчества. М., 1976.

16.              Гачев Г. Любовь. Человек. Эпоха. М., 1965.

17.              Глинкин П. Чингиз Айтматов. Л., 1968.

18.              Гуренков М. Без России жить нельзя. Л., 1967.

19.              Емельянов Н.  Г.З. Елисеев –публицист. Л., 1971.

20.              Жирков А. Время, герой, литература. Фрунзе, 1979.

21.              Журбина Е. Повесть с двумя сюжетами. М.,1974.

22.              Залыгин С. Литературные заботы. М., 1979.

23.              Здоровега В. Слово тоже есть дело. М., 1979.

24.              Карасёв П. Проблемы теории публицистики. Л., 1979.

25.              Карим М. Притча о трёх братьях. М., 1978.

26.              Коркин В. Откровение. Фрунзе, 1979.

27.              Лебедева Л. Повести Чингиза Айтматова. М., 1972.

28.              Ломидзе Г. Чувство великой общности. М., 1978.

29.              Нурпеисов А. Край голубых гор. М., 1980.

30.              Очерки, статьи, рецензии о творчестве писателя. Фрунзе. 1975.

31.              Пельт В. М. Горький –журналист. М., 1968.

32.              Публицисты Ленинской школы. М., 1977.

33.              Советские писатели и журналисты о газетном труде. М., 1975.

34.              Станиславлева В. Леонов-публицист. М., 1974.

35.              Учёнова В. Публицистика и политика. М., 1979.

36.              Шолохов М. Россия в сердце. М., 1975.

37.              Якименко Л. На дорогах века. М., 1978.

38.              Яшен К. Годы. Судьбы. Книги. М., 1976.

39.              Алексин А. Такие разные фильмы. –Правда, 1980, 16 апреля.

40.              Аскаров Т. Окрыленный народным признанием и любовью. –Литературный Киргизстан, 1979, №2.

41.              Барабаш Э. Звездный сын. –Литературная газета, 1979, 7 ноября.

42.              Баруздин С. Окрылённость. –Известия. 1978, 10 декабря.

43.              Белов Е. Остров детства. –Неделя, 1979, 12-18 марта.

44.              Бобулов К. Чингиз Айтматов. –В кн.: История киргизской советской литературы. М. 1970.

45.              Воронов В. В трудный путь за счастьем. –Октябрь. 1975, №12.

46.              Гамзатов Р. Признательность мастеру. –Правда, 1978, 12 декабря.

47.              Жмаев А. Концепция русской классики в теоретических размышлениях Ч. Айтматова. –Русский язык в киргизской школе, 1978. №6.

48.              Кузнецов Ф. Как человеку человеком быть? –В кн.: За все в ответе. М., 1978.

49.              Левченко А. Ч. Айтматов –правдист. –Литературный Киргизстан, №5, 1977.

50.              Левченко А. Весь мир в одном себе. –В кн.: В соавторстве с землею и водою… Фрунзе, 1978.

51.              Линков В. О некоторых особенностях реализма А.П. Чехова. –В кн.:Русская журналистика и литература Х1Х века. М., 1979.

52.              Лессерер А. Произведения Ч. Айтматова на сцене. –Дружба народов, №4. 1976.

53.              Новиков Е. Художественный поиск. –Новый мир,  №12, 1978.

54.              Оскоцкий В. Герои и судьбы. –В кн.: В содружестве талантов.. М., 1978.

55.              Павловский А. Чингиз Айтматов. –В кн.: Портреты и проблемы. Л., 1977.

56.              Панкин Б. Слава тебе, Дюшен! –В кн.: Время и слова. М., 1976.

57.              Творческий подвиг писателя-коммуниста. –Советская Киргизия, 1978, 15 декабря.

58.              Ученова В. Н.Г. Чернышевский о публицисте и публицистике. –В кн.: Н.Г. Чернышевский и журналистика. М., 1979.

59.              Урнов Д. Литературное отношение к лошадям. –Литературная учёба. №5. 1978.

60.              Шуняева С. В соавторстве с жизнью. –Литературная газета. 1979, 26 декабря.

 

Произведения Айтматова Ч.Т.:

61.              Повести и рассказы. М., 1979.

62.              Ранние журавли. –Новый мир, №9, 1975.

63.              Пегий пёс, бегущий краем моря. –Знамя, №4. 1977.

64.              В соавторстве с землею и водою… Фрунзе, 1979.

65.              Возвращение легенды. Беседа с Коркином В. –Литературная газета, 1976, 12 мая.

66.              Солдат, писатель, гражданин. –Литературная газета, 1978, 5 апреля.

67.              Горизонты грядущего. –Литературная газета, 1976, 10 марта.

68.              Юбилейная статья. –Литературная газета. 1976, 8 сентября.

69.              О Толстом. –Правда, 1978, 8 сентября.

70.              Ответы на вопросы журнала. –Юность, 1975, №5.

71.              Постигая народный характер. –Советский экран, 1978, №22.

72.              В впереди –творчество. –Комсомольская правда, 1978, 12 декабря.

73.              Я открыл свою землю. –Литературный Киргизстан, 1978, №6.

74.              Во имя нашего будущего. –Искусство кино. 1973, №11.

75.              Интернационализм национального киноискусства. –В кн.: Кино Советской Киргизии. М., 1979.

76.              Книги, которые разбудили нас. –В кн.: Альманах библиофила. Выпуск 6, 1979.

77.              Критерии художественного таланта. –Советская Киргизия, 1972. 10 апреля.

78.              Язык –начало всех ремесел. –В кн.: Лауреаты Ленинского комсомола. М.,  1972.

79.              Крутые дороги тебе, Медетбек! –В кн.: М. Сейталиев. Дочь мельника. М., 1978.

80.              О творчестве М. Байджиева. –В кн.: М. Байджиев. Моя золотая рыбка. М., 1975.

81.              Предисловие к книге У. Абдукаимова. –Вкн:. У. Абдукаимов. Битва. М., 1972.

82.              Абдижамил Нурпеисов. –Роман-газета. 1966, №4.

 

1980 г.

 

   Чингиз Айтматов и Абибилла Пазылов (на фото справа)

 

© Абибилла Пазылов

 


Количество просмотров: 236