Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Художественная проза, Крупная проза (повести, романы, сборники) / — в том числе по жанрам, Детективы, криминал; политический роман
© Зеличенко А.Л., 2006. Все права защищены
Произведения публикуются с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 10 ноября 2009 года

Александр Леонидович ЗЕЛИЧЕНКО

Монстры

Рассказы о реальных событиях из книги «Детектив без названия»

В предлагаемом вниманию читателей сборнике автор собрал написанное за много лет: «натурные» зарисовки в жанре минидетектива, правдивые лаконичные рассказы рубрики «За строкой оперативной сводки», вызывающие ужас миниатюры «Монстры», очерки об интересных людях, с кем сталкивала жизнь, повествования о секретных спецоперациях и, наконец, лирические эссе о юности, семье, о пережитом. В них много оригинального, интересного, поучительного. Они правдивы и трогательны. Читатель с интересом прочтет их.

Публикуется по книге: Зеличенко Александр. Детектив без названия. – Б.: 2006. – 208 с.

УДК 82/821
    ББК 84Р7-4
    З-49
    З 4702010201-06
    ISBN 9967-23-747-3

Книга издана благодаря финансовой поддержке бишкекской туристической фирмы “HORIZON Travel”

 

  Некрофил
   
  По резонансу и масштабу эпопею эту сравнить можно разве что с чикатиловской. 28 лет его ловила милиция Бишкека и Чуйской долины. Десятки раз сюда из Москвы прибывали суперсыщики, специалисты по нечисти — монстрам, маньякам, людоедам... За "нерасторопность и неоперативность" летели с плеч погоны и звезды. Ночами, укрываясь за кладбищенскими крестами, просиживали в засадах оперативники. Проклятый некрофил все не давался... 
   
  Михаила Ивановича Лукьянова взяли 8 октября 1995 года сотрудники Кеминского РОВД. Низкорослый, неказистый, тщедушный. Искали же могучего бугая, что в одиночку раскапывал могилы, извлекал женские трупы и вступал с ними в половые контакты. Лукьянов запирался недолго, а когда криминалисты подтвердили, что изъятые у него штыковая лопата, обувь, фуфайка испачканы глиной с развороченной могилы захороненной двумя днями раньше гражданки В., задержанный заговорил. Путано, перескакивая во времени, второпях. Будто стремился облегчить душу, выложить злую память. 
   
  ...Родился и вырос в Бишкеке. На северной окраине в небольшом отцовском домишке и сегодня живут две сестры, которым любил носить подарки. Мальчишке исполнилось десять, когда из семьи ушел отец. Мать привела отчима, на 18 лет младше себя. Тот пил, избивал домочадцев. В кошмаре шли годы... 
   
  "Как-то наскочил на "родителя", что пьяный уснул неподалеку. Будить не стал. Решил убить. Нашел тяжелую плиту, подтащил к мертвецки пьяному. Отнять жизнь оказалось нелегко, целых полпачки выкурил, все ждал — вдруг проснется. А потом разом опустил глыбу на голову... Сунул тело в арык, присыпал мусором. Утром коров мимо гнали, те учуяли. По малолетке дали червонец, отсидел восемь. Амнистия, освободился в 86-м. 
   
  В пять лет заболел менингитом. Отнялась правая сторона, врачи восстановили, но с тех пор — левша. Бродяжничал. Безумно тянуло к свалкам, на кладбища. Мастеровой на все руки — сантехник, столяр, электрик, в моторах волоку. Мог бы шабашкой безбедно жить. Да на одном месте невмоготу — собирал остатки хлеба на могилках, рылся в помойках. 
   
  Однажды году в 66-67-м на погосте в Ново-Павловке, прочтя на табличке женское имя, вдруг ощутил прилив мужской силы. Раскопал годичной давности могилу, вскрыл домовину. Там — мумия, прикрытая остатками одежды, даже запаха не было. Все ж сделал несколько "классических" движений, но удовольствия не получил. Бросил, решил найти посвежее. Не помню где, но как-то набрел на свежую оградку. Судя по надписи, девушку похоронили пол месяца назад. Пришел ночью, отрыл, вскрыл крышку. Дотронулся до груди, вздохнул смрад. Дико возбудился, да так, что влез прямо в гроб, и... Дальше — отвращение до рвоты, убежал. И так потом всегда было, кончу — и бегом. А вот когда рою, прилив чувствую, копаю с остервенением. Бывало, прутья на ограде гнул. Откуда это? 
   
  Все эти годы я нормально жил с женщинами-бродяжками. Но уже с девятнадцати была одна, постоянная, что принимала после походов, стригла, обмывала. С женой в постели хорошо. Она "теплая". У нас дочь есть... 
   
  Обычно оргазм бывал прямо в яме, едва приоткрою гроб, чтоб пролезть можно было. Если трупик легкий, тащил наверх. В последний раз в Орловке поддел ломиком крышку, только до груди дотянулся — тут сверху земля поползла. Завалило по колено. Выбрался, гляжу — памятник едет, да как рухнет на темечко! В Б-га не верую, но тут решил — знак это. Сразу ушел, потом онанировал. Наутро, когда одежду отстирывал, меня и взяли. 
   
  Часто намеревался вздернуться или утопиться. Каждый раз удерживало что-то. Ухожу "в поход", и веревку с собой беру. Все, думаю, вот спущусь вниз, в тартарары, и петлю на шею. Чтоб никто ничего не узнал, и не искали чтоб..." 
   
  Следствие уличило Лукьянова в 46 фактах надругательства над могилами. В Киргизии, соседнем Казахстане. В Омской, Новосибирской областях России, куда монстр этот выезжал на заработки. Экспертиза признала его вменяемым. 
   
  Получив 10 лет строгого режима, Лукьянов провел за решеткой пол года, окруженный призрением и жестокостью. Не выдержав, покончил с собой. Узнав об этом из бесстрастной оперсводки, я вспомнил о беседе с некрофилом в Кемине, в следственном кабинете. Что тогда испытал? Жалость, отвращение, недоумение? Впечатление, будто встречался с инопланетянином, существом ниоткуда. Вот и сейчас не отделаться от трупного, могильного запаха, что, казалось, исходил тогда от его поджарой фигуры. А вот ни цвета глаз, ни их выражения не запомнил. Пустота и холод...

Бишкек, ноябрь 1995 г.

 

  Каннибал
   
  В начале восьмидесятых много шума наделал казахстанский каннибал. Тот поедал молодых женщин. Однажды даже угостил собственноручно приготовленными яствами соседей по общежитию... Пойманный, был пожизненно определен в "крытку" — психбольницу закрытого типа. 
   
  Прошли годы, о людоеде забыли. Но в самом начале года 1990-го мы вдруг получили ориентировку: людоед на свободе! И где он сейчас — не известно. Оказалось, что с прекращением союзного финансирования его, как жителя другой республики, просто... "выписали". 
   
  Предполагалось, что монстр подастся в родные края. А поскольку наша область граничила с алмаатинской, откуда тот был родом, его "транзит" здесь можно было допустить вполне. И, когда в уголовный розыск пришел чабан, рассказавший о подозрительном, что прятался в горах, сообщение было воспринято очень серьезно... 
   
  Но как искать "иголку в стоге сена"?! Решили обратиться за помощью к многочисленным военным. Выслушав оперативника, начальник гарнизона сквозь зубы процедил: "Не дело армии такими делами заниматься. Да и некогда нам сейчас. А что, милиция сама уж и не в состоянии?!" Это звучало как оскорбление. 
   
  Начальник угро спокойно ответил: "Да может и не дело. Но только все знают, что самые пригожие в округе женщины в вашем городке проживают. У монстра же вкус есть, не жалуйтесь потом..." Полковник в годах на это заявление как бы не отреагировал. 
   
  Зато отреагировал присутствовавший при встрече молодой лейтенант, чья жена слыла первой красавицей. Он помчался в клуб, поднял всех на ноги, и офицерская делегация заставила таки гарнизонного начальника капитулировать! 
   
  Короче, лишь автор этих строк вернулся в УВД, дежурный доложил о готовности военных сотрудничать. Те позвонили и сказали, что придают нам две роты и три БТРа. Этими силами плюс поднятой по тревоге всей милицией окрест мы полутора суток чесали сопки...  
   
  ... Людоеда взяли через несколько дней на вокзале в Ташкенте. Сопротивления он не оказывал, и нападений новых вроде бы совершить не успел. Дальнейшая судьба его не известна.

Рыбачье, декабрь 1990 г.

 

  Живодер
   
  ... Кровь была всюду. Брызги на потолке, потеки на стенах, большая лужа на полу сторожки. Все объясняло распластанное тут же тело — удар был столь силен, что, надвое раскроив череп, острый топор рассек сонную артерию. И, пока судмедэксперт изучал труп, криминалист усердно щелкал фотоаппаратом, а следователь строчил протокол, сыщики искали свидетелей... 
   
  Шел осмотр места происшествия. Ограблен был магазин смешанных товаров на оживленной трассе Талас — Джамбул. Зарубив сторожа, налетчик (а было ясно, что орудовал одиночка) унес пять бутылок водки и пару "Портвейна". Походя, тем же взятым в сторожке и валявшимся неподалеку колуном убийца буквально снес голову собачонке, что как "звонок" была привязана у крыльца. Проводя необходимую в таких случаях панорамную съемку, эксперт зацепил объективом изуродованное тельце дворняги. И, составляя фототаблицу, среди прочих приобщил к делу и этот снимок. 
   
  Улик, включая отпечатки пальцев, хватало, и через неделю преступление раскрыли. Вскоре убийца, алкаш из соседнего села, что в тот вечер был практически невменяем, предстал перед судом. И, перелистывая уголовный томик, адвокат случайно приоткрыл перед ним страничку с фотографией обезглавленного животного... 
   
  Что тут началось! Зарубивший отца семерых (!) детей и впервые за много лет окончательно протрезвевший лишь в тюрьме, подсудимый, до того спокойно рассматривавший снятые в разных ракурсах фотографии жертвы, вдруг озаботился. "А собаку-то кто растерзал?" "Да ты, наверное". "Быть того не может — и, уже в истерике, — я мухи не обидел, петуху в суп не мог головы свернуть! Щенят и котят у пацанов отбирал, чтоб не мучили. В кровать с собой брал, от холода спасал, а уж чтобы засечь существо живое... Не я это!!!" "Но сторожа-то ты убил?!" "Так то — че-ло-век!" И ну головой об пол... 
   
  Заседание в тот раз перенесли. Но свои пятнадцать лет ("вышку" применяли редко) "защитник животных" все-таки получил. Срок отбыл от звонка до звонка, без всяких амнистий. А потом подался на Север. Где, говорят, и сгинул... 
   
  В той опергруппе участвовал и автор этих строк, тогда — лейтенант, а ныне — полковник милиции — А. Зеличенко.

 

  ...С последующим расчленением
   
  ...Его звали Мэлс: от Маркс — Энгельс — Ленин — Сталин. В середине 50-х, когда он родился, имя это было модным. По-русски оно звучало как Мелис. 
   
  Так и звали его многочисленные друзья, сослуживцы, знакомые. Он был добр, отзывчив. Слыл талантливым сыщиком, знал все и вся. Любил семью, своих девятерых детей. Десятому ж родиться суждено было в колонии. Уже без отца... 
   
  ...В два пополудни позвонил зам. Он был в командировке за двести километров от областного центра, в городе, где жил Мелис. 
   
  — Шеф, два часа назад отсюда в столицу ушел автобус. В нем едет мелисова супруга, а в багажнике, в старом, обитом медью коричневом чемодане...Мелис. Ноги-руки, голова... 
   
  На предложение немедленно посетить санчасть, заместитель ответил долгим матом. Тирада эта (зам был гораздо старше, но при начальнике не выражался никогда), подкрепленная достоверным фактом, что вот уже больше десяти лет тот в рот не брал спиртного, заставила насторожиться. 
   
     — Повтори!

  — Да понимаю, что вы там подумали. Но автобус скоро у вас будет. А дальше его отпускать нельзя, не известно, что у нее на уме. Короче, Мелис убит, труп расчленен, и его почему-то везут в столицу...

  — Насколько достоверно?

  — Да вот только информацию получил. Говорят, она прямо в доме его... Выезжаю на осмотр, до связи.

  Сказать, не верилось — не сказать ничего. Но и услышав такое, как сидеть сложа руки?! А вдруг у нее мелисов пистолет? Шума пока решили не поднимать... 
   
  Описав приметы "вдовы", двоих молодых оперов, из тех, кого она не знала, отправил в пригородное село, где обычно останавливались автобусы. Задача — войти пассажирами, распознать объект, и внимательно следить, когда начнется проверка. Вдруг мадам за стволом потянется, или еще чего учудит? 
   
  В распоряжении оставался лишь кинолог с натасканной на анашу собачкой. Его инструктировал уже в машине, по дороге на пост ГАИ. "Как увидишь большой коричневый кофр, сделай так, чтоб Найда залаяла..." 
   
  Проверки на постах в тех богатых коноплей краях проводились регулярно, а потому пассажиры появившегося через двадцать минут автобуса не удивились, покорно вышли и с любопытством наблюдали происходящее. Знакомая приветливо поздоровалась и встала в сторонке. "Хорошо, что шум не подняли, вся республика потом бы смеялась. Ну разве может себя так вести женщина, три часа назад порезавшая на куски мужа!?" 
   
  Спаниель наш, меж тем, нырнул в объемный багажник и, повинуясь ведущей руке, облаял нужный чемодан, тут же извлеченный наружу. Ведомая и тут себя никак не проявила.

  — Граждане, чей багаж?

  — Мой. Везу кое-что родителям.

  — Откройте! Посмотрим, чего это собачка так реагирует.

  — Да вы что, я ж Мелиса жена, не признали? Неужели ж анашу повезу!? Там мясо, мы утром барана зарезали, вот ваш пес и обрадовался.

  — И все же давайте проверим!

  — Стыд-то какой! Меня ж тут пол автобуса знает...

  — Вот именно поэтому и посмотрим. Чтоб не болтали потом, что уголовный розыск руками жен наркотики переправляет, а начальство их покрывает. Не волнуйтесь, мы аккуратно.

  — Не надо. Там... Мелис.

  — Что-о-о?

  — Что слышали! Мелис там. По частям. Девять детей ему родила, десятого под сердцем ношу. И вдруг — с другими гулять принялся. Не позволю!!! 
   
  ...Автобус отпустили, чемодан, с опаской, внесли на пост. Пригласили понятых, прокуратуру. Открыли. Первой, в целлофане, на стол легла оперова голова... 
   
  ... Накормив усталого, после дежурства, мужа, уложила его, прикорнув рядом. Уснувшего, связала по рукам и ногам, набросила подушку, навалилась всем телом. Труп хладнокровно разделала в ванной... 
   
  Давая разъяснения, эксперты сослались на "бред беременных" — весьма редкое, но все же случающееся в психиатрии явление. И все же срок она получила. Рожденного в зоне сына, по слухам, назвала Мэлсом...

Сербия, июнь 2004 г.

 

  Расправа
   
  История эта может показаться нереальной, выдуманной. Не споря, автор лишь предупреждает: в силу понятных причин имена и фамилии здесь тотально изменены. 
   
  Конец 80-х, железнодорожный тупик в Прииссыккулье. 
   
  ... Неизменный со столыпинских времен, "вагонзак" выдавил содержимое на жд платформу. Зэков было не много, но все как один — "особо опасные". Принимавшему эстафету видавшему виды автозаку предстояло развести по районным следственным изоляторам, где тем предстояло дожидаться теперь уже скорого суда, девятерых отморозков — убийц, насильников, разбойников. 
   
  Сажали, как водится, по одному. По инструкции, в который раз перетряхивая небогатые пожитки. "Первый пошел! Второй! Третий!" 
   
  И вдруг... Со стороны показалось, что выводящие прапора, будто сговорившись, расслабили хватку, и плотно скроенный рецидивист, чью дурную силу не сломил и год тюремной одиночки, на миг "завис"... 
   
  И — рванул к забору. Легко отшвырнул пущенную на фас овчарку, через секунду уже "выходил силой" на двухметровое бетонное ограждение, опоясывавшее место погрузки-выгрузки "спецконтингента". Свобода?! Эхом раздался "Калашников"... 
   
  Из материалов служебного расследования: "... Воспользовавшись, что прапорщики спецконвоя Силантьев и Мамарасулов, проявив вопиющую халатность, ослабили контроль, особо опасный рецидивист, трижды судимый за нанесение телесных повреждений, злостное циничное хулиганство и наркотики, по данному уголовному делу обвиняемый в особо жестоком убийстве Шитов предпринял побег. На применение служебной собаки, крики "Стой, стрелять буду!" и предупредительные выстрелы в воздух не реагировал. При попытке преодолеть высотное ограждение, прапорщик конвойной бригады выстрелил на поражение. Четвертая пуля в области сердца, по заключению судмедэкспертизы, оказалась смертельной". 
   
  Побережье, годом раньше. 
   
  ...Равиля хоронили всем селом. Известный в округе спортсмен, он в свои тридцать три если и отлучался с малой родины, то лишь на соревнования да на учебу в столицу. Вернулся, и стал тренировать окрестную пацанву гимнастике. В срок женился на девчонке из местных. Детей вот только Б-г не дал, но жили душа в душу. 
   
  ...Его боялись. Кроме четырех ходок, Шитов в свои тридцать два не имел ничего. К гашишу пристрастился рано, по этой причине и в армию не взяли. Накурившись — сатанел. Отсидев в третий раз, уже на второй "вольный" день пришел на соседнюю улицу и силком увел в свою развалюху 16-летнюю Настю. Пытавшуюся было помешать "тещу" страшно избил черенком лопаты. Любовью занимался только после папиросы с "дурью". Родителей, чтоб не мешали, при этом закрывал в сарае со скотиной, врубал магнитофон, и ... 
   
  На расправу был скор. Иссушенные дурманом, пробиться сквозь наркотуман остатки сознания уже не могли. Силушки же был недюжинной и, гуляя раз с Настей по центру, пристал к парням, вышедшим из спортзала. Равиль тогда помешал драке, совестил, за что Шитов затаил злобу. 
   
  Через пару недель спортсмен загрипповал, и с высокой температурой, запретив проведывать, отлеживался. Придя со смены, жена нашла его на полу, связанным и жестоко избитым. В больницу ехать отказался, врачи "скорой" особо отметили травму "адамова яблока", кадыка. Ребром ладони или пинком его попросту размозжили... 
   
  Спешно созванный ближний круг решил идти в милицию. И как не отбивался полуживой Равиль, на утро Алена пошла к участковому. Но Шитов исчез. 
   
  Заполночь вернулся. Курнув "травы" и захватив кинжал, он погнал обезумевшую от страха Настю к Равилеву дому — "увидишь, что с недоноском сделаю!" К счастью иль нет, жена хозяина после похода в милицию уехала в область, где в УВД служил родственник — за советом и помощью. Вернуться рассчитывала первым утренним автобусом. 
   
  Вытащив стекло, Шитов втащил Настю в дом и в темноте, на ощупь, пробрался к кровати. Закрыв рот жертвы подушкой, он молча, но раз за разом все сильнее и глубже, всаживал сталь в тело, залив все вокруг, включая одежду девушки, кровью. Равиль не сопротивлялся — уже второй удар, всего же их было нанесено 17(!) оказался смертельным. Грохнуться оземь хотелось и Насте — не вышло. Закрыть же глаза иль отвернуться, под звериный оскал не смела... 
   
  Также бесшумно выбрались в темь. Околицей пришли на берег Иссык-Куля. Достав анаши, убийца накурился сам, заставив дернуть девчонку. И прямо здесь, повалив, занялся сексом. Потом, спрятав одежду в песок под камень, нагие пошли домой. 
   
  ... Жестокое убийство всколыхнуло округу. Первым взяли Шитова, изолировали, без отдыху, но тщетно, допрашивали. Убежавшая к матери Настя молчала, как заколдованная. Через неделю прибыли крутые опера из центра. А с ними — прокурорский стажер Марат. Ему-то и повезло достучаться до девушки. В кровавых слезах, та все рассказала, но что-то писать и подписывать категорически отказалась. И только ночью, боясь "суженного", привела опергруппу на берег. 
   
  Чтоб легализовать ее показания, пустили "по горячему следу" собаку. Не беда, что прошло 10 дней — сельчане доверчивы. Столичному сержанту-кинологу со слов девушки начертили маршрут, и на глазах десятков людей он на следующий день добросовестно пробежал с Джеком всю дистанцию, облаяв глыбу. При многих свидетелях из-под нее извлекли в бурых потеках штаны, сарафан, нож-свинорез. 
   
  И раскрытие пошло. Причем вырисовывалось не только убийство, но и все прочее шитовское паскудство, включая наркотики и дикую секс-извращенку под магнитофон. Едва дав показания, Настя с матерью, правда, бросив дом, сгинули в Сибири. Но помаленьку заговорили даже его родители, со всех сторон так и сыпались заявления от избитых и оскорбленных односельчан, насмерть запуганных соседей. 
   
  Но очных ставок не брал никто. И опасение, что суд сломается, крепло день ото дня. На животный людской страх этот, по всему видно, рассчитывал и Шитов, что даже в тюрьме никак не мог по настоящему протрезветь, несвязно мыча на допросах. 
   
  "Эх, замочить бы его, — в сердцах за чашкой "вечернего чая" высказался как-то высокий чин из МВД, что накануне пообщался с Шитовым, — все одно не человек он". И слова эти крепко запомнились свите... 
   
  Без комментариев (вместо послесловия). 
   
  Оба прапора к происшедшему "были замужем" не первый год. Только на спецконвоях, с душегубами да насильниками, по семь лет. В бригаду пришли одновременно, отслужив срочную не где-нибудь, а на охране Коми-лагерей. И за побег тот отделались выговорами, да и те вскоре сняли. И лучший бригадный снайпер, обычно лишь обучавший стрельбе новобранцев и потому почти не покидавший базы, в том конвое оказался. Его, кстати, приказом даже премировали. И вместо волкодава матерого зк стерег молодой пес, что в тот день пошел на задержание впервые. И автозак против обычного стоял так, что бежать можно было лишь к глухой стене, подальше от людной станции. И еще множество всяческих "и"...
 
   
  Впрочем, все это только предположение. Да еще срок давности...

 

  Бродяга

  22 октября 1995 года примерно в 18 часов в своей квартире N 4 дома 19 по улице Кыргызстана в Оше обнаружен труп Жаркова Кязима Аблясовича, 1947 года рождения, с признаками насильственной смерти.

(Из суточной оперсводки)

  Орудие преступления — обычный кухонный нож, которым был буквально истыкан труп, нашли тут же, при осмотре места происшествия. И ... куча пустых бутылок вокруг. 
   
  Как водится, создали опергруппу, выдвинули версии, проверили многих подозреваемых. Среди прочей мелькнула информация, что за день до убийства Жарков с каким-то парнем продавали его, жарковские, стулья — очень хотелось выпить. Сделали фоторобот, повсюду направили ориентировки — тщетно. 
   
  Прошло три месяца. Заступив на службу, помощник дежурного местного приемника-распределителя для бродяг решил перелистать ориентировки — нет ли чего новенького. Взгляд в который раз споткнулся о злополучный фоторобот — кого-то он сильно напоминал помдежу. Благо, свободное время в этот раз было — милиционер полез в сейф с картотекой постоянной клиентуры. Очередная карточка заставила призадуматься — Юрия Турбина из Кашгар-Кишлака в приемнике знали хорошо, раньше он был здесь частым гостем. Но вот уже с год куда-то пропал... 
   
  Фотографию, в числе прочих, предъявили очевидцам продажи стульев. Те безоговорочно опознали Турбина, его объявили в розыск. Но прошел еще год, прежде чем стало известно, что шабашит он где-то в соседней Андижанской области Узбекистана. Ориентировка ушла и туда. Через неделю пришел ответ из тамошней тюрьмы, знаменитой когда-то на весь Союз пересылки: есть у нас такой, но никакой он не Турбин, а Ашуров Рустам Хасанович, севший за кражу. В Андижан срочно выехали ошские оперативники. 
   
  ...Турбин-Ашуров сначала все отрицал. Но явно нервничал, когда опера восстанавливали картину и подробности убийства, расписывали его "динамику" — пьянку до бессознания, неосторожно оброненную потерпевшим брань, что случайно слышала соседка, бурную реакцию бродяги... 
   
  Точку поставило заключение эксперта — на рукоятке ножа остался фрагмент отпечатка турбиновского пальца, идентифицировать который по бумажной дактилокарте никак не удавалось. "Живьем" же это стало возможно. 
   
  Через три дня убийца дал признательные показания...

Ош, 1998 г.

 

Скачать полный текст книги «Детектив без названия» в формате MS Word

 

© Зеличенко А.Л., 2006. Все права защищены
    Произведения публикуются с разрешения автора

 


Количество просмотров: 2554