Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Поэзия, Поэты, известные в Кыргызстане и за рубежом; классика / Главный редактор сайта рекомендует
© Юрий Анастасьян, 2009. Все права защищены
Произведения публикуются с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 4 марта 2010 года

Юрий АНАСТАСЬЯН

До цветенья вишен

Сборник стихотворений поэта-песенника, барда Юрия Анастасьяна. Вошел составной частью в его книгу «Стезя» (2009 год).

 

АНТОЛОГИЯ ЛЮБВИ

Любовь бывает разная, возвышенная, страстная,
Качается, как маятник, от крыльев до оков.
Любовь бывает синяя, любовь бывает красная,
В пыли бывает, в инее и в поволоке снов.
Любовь бывает зимняя, любовь бывает вешняя,
Любовь бывает скрытная, бывает напоказ.
То нужная, то лишняя, земная и нездешняя,
Во времени колеблется до века и на час.
Любовь бывает до смерти,
любовь бывает допьяна,
Бывает, вьётся бабочкой меж полевых цветов,
Рождается по глупости и в результате опыта,
И под влияньем взглядов, жестов, запахов и слов.
Любовь бывает мирная, любовь бывает скверная,
Ложатся с поцелуями, ложатся в синяках…
Полночная, вечерняя, дневная, предрассветная,
В садах, лачугах, на полянах и в особняках.
Любовь бывает явная, любовь бывает спорная,
Любовь бывает спелая, бывает зелена,
Ошпаренная ревностью и тихая, зашторная.
Мне кажется, вновь наполняет комнату она…

 

***

Я отравлен тобою, отравлен,
Не найти мне противоядия.
Распахнулись оконные ставни,
Абрикосы раскрыли объятия,
Осы светятся солнечным светом
И крапива покой излучает…
Изучение жизни поэтом
Дегустацию ядов включает.
Я отравлен тобою… Лишь фраза,
Интонация, жест или пение
До сознанья дотронутся, сразу
Появляется стихотворение.
И оно, в свою очередь, ядом
Для души неуверенной станет.
Кто отравлен победным парадом,
Барабану внимать не устанет.
Дребедень безответного чувства
Барабанные рвёт перепонки –
Возглас, пение, фраза… Но пусто
Твоё сердце, хоть сны его звонки.
Пусть сочтёт тебя кто-то лекарством,
Пусть подумает кто-то: отрада.
Мне в рецепте прописано ясно,
Пара слов: исцеление ядом.

 

***

Как бабочка в коллекции приколот я иглой.
Мой коллекционер – одна особа.
Подносит к крыльям лупу и качает головой,
Понять давая: экземпляр особый.
Я счастлив, что, отметив исключительность мою,
Она меня касается пинцетом,
И оду фее ласковой старательно пою
Охрипшим и простуженным фальцетом.
И рифмами признательности сыплются слога
На клок случайно схваченной бумаги,
Когда ты, наглядевшись, улетаешь на луга.
А как иначе обойти овраги?

 

***

Ты боль мою почувствовать посмей.
Всё остальное стоит ли вниманья?
Дерзание, обилие идей,
И песни, и стихи, и обаянье…
Ничтожно всё пред тем, что, в мир попав,
Я обречён на доброту и злобу.
Бог Еву изготовил из ребра…
Не торопись мою жалеть утробу –
Водой и хлебом сыт я. Не жалей
Конечности мои за обувь-ветошь.
Ты сострадаешь внешнему лишь… Нет уж,
Ты боль мою почувствовать посмей.

 

СКРИПКА

Ты флейта, милая, ты скрипка!
Едва коснусь – и тотчас звук,
Вибрируя, слетает зыбко
Из-под моих неловких рук.
И потрясенья не пытаясь
Сокрыть, смычком восхищена,
Паришь ты, трелью наслаждаясь.
Не всем такая блажь дана.
Ты – красота, ты – упоенье,
Неординарен твой талант.
И создаётся впечатленье –
Тебе не нужен музыкант.
Не нужен… Двери отворяю,
В келейную ступаю мглу,
Себя молитвой проверяя…
А скрипка старится в углу.

 

НЛО

Повис в зените НЛО.
И по лучу ко мне спустилась
Её божественная милость –
Богиня мира одного.
И снизошла, и допекла
Своей возвышенностью строгой
Смотря сквозь пальцы на дела
Цивилизации убогой.
Ругала грубые миры,
Не зная в нареканьях меры.
Внимая ей, я понял: серы
Мои потуги и стары.
Визит её недолог был,
Ушла подруга, как явилась…
И плыл рассвет, и сердце билось.
Зачем я двери отворил?

 

***

Их две, как ночь и день – светла, темна…
(В виду имею волосы, не душу)
Одна надежд искрящихся полна,
С другой я отношения порушу.
Одна семьёй своей окружена,
Другая одинока и повинна.
Одна – опора, спутница, жена,
Другая, как засохшая маслина.
Одна в лицо мне радостно глядит,
Другая зло буравит взглядом спину.
И тотчас пропадает аппетит,
Когда две фотографии я сдвину.

 

ЧЕРВИВЫЙ СОН

Я мог быть первым, но не первый…
Я нынче зол, как семь чертей!
Тебе опять приснились черви
В связи с персоною моей.
И слепо веря сну-пророку,
Ты отстранилась от меня.
Что от страстей взаимных проку –
Роятся черви, свет черня.
О, эти дамские причуды!..
Где взять челом тебя светлей?
У ног твоих мужчины грудой,
А испугалася червей.

 

САНТИМЕТРЫ

Женихов выбирают по росту,
Сантиметры – серьёзная вещь.
У тебя – метр семьдесят восемь,
У меня – метр семьдесят шесть.
На высокий каблук не надейся,
О модельной причёске забудь!
Всякий выход закончится стрессом,
Если вместе отправимся в путь.
…Ты расстроена, вздрогнули плечи.
Чем помочь тебе чувства сберечь?
Поднимаюсь на цыпочки – нечем.
Сантиметры – серьёзная вещь…

 

***

Как бы было всё прекрасно,
Если б было всё не так,
Если б ты цветы любила,
Ну а я б любил табак.

Как бы было всё прекрасно,
Если б дождик лил весь день,
Допоздна свеча не гасла,
И твоя дрожала тень.

Как бы было всё прекрасно,
Если б мир нам дорог был,
Если б ты меня любила,
Если б я тебя любил.

 

МАНЬЯК

Когда мне мания величия
Покоя утром не даёт,
Я, осознав своё отличие,
Бегу безудержно вперёд.

Когда, исполненный желания,
Я в полдень обретаю цель,
Предусмотрительности мания
Не позволяет сесть на мель.

Стемнеет, мания сомнения
Закатом тусклым даст понять,
Как иллюзорно исцеление
Того, кто вынужден терять.

Приходит полночью раскаянье –
Дневным грехам потерян счёт.
Тогда преследованья мания
К иконам грешника несёт.

 

***

На одной женат, сплю с другой,
Дружу с третьей…
Вот опять спешу я домой,
Как на вертел.
Дождик моросит, сырость, мгла…
Нет вам дела
До того, что с веток листва
Облетела.
Облетели с веток года.
Ох, и скверно!..
Не вернуть покой никогда
Мне, наверно.
Не вернуть тепла прежних дней
Непорочных.
Ты ещё с любовью своей,
Как нарочно…
Из колодца, что раньше поил,
Не напиться.
Ко всему, как сумел, приложил
Лишь частицу.
Ни к кому не прильнул, не пристал,
Не прибился,
И души прозрачный кристалл
Замутился…

На одной женат, сплю с другой,
Дружу с третьей…
Потерял я всех до одной –
Не заметил.
Дождик моросит, сырость, мгла…
Нет вам дела
До того, что с веток листва
Облетела…

 

***

Разбита лодка,
Молчит весло…
Как сводки с фронта
Ко мне пришло

Былое – плачет.
А я утоп.
Акафист начат,
Пустует гроб…

А я качаюсь
В воде у скал
И не собрать мне,
Что растерял.

 

***

Не в ладу с собой мне не жить, боюсь,
Не в ладу с собой жизнь – копеечка.
Говорит судьба: «Ты живи, не трусь,
Будет утречко, будет времечко!»
Дал Господь талант, да не дал ума,
Как мне быть теперь, безголовому?
Сто дорог кругом, да одна цена,
Мне которая уготована?
Не улыбочки, не привета нет -
В руки странные я доверился,
Мотыльком летел на далёкий свет,
А добрался и разуверился.
Сто свечей вокруг, на которой сжечь
Крылья нежные не заказано?
Взять, булыжником на дорогу лечь…
Да мерцание мне навязано.
Я и сам – свеча. На меня летят,
Крылья жгут себе, чертыхаются.
Над свечёй моей всё дымы стоят,
Остаётся лишь горько каяться.

 

НЕРЕСТ

Я стал смелее – как осётр,
Плыву на нерест безрассудно.
На берегу горит костёр,
Острога в тело метит с судна…
По зову экстренной строки
Прервать дела совсем не просто,
И в русле суетной реки
Найти труднее тихий остров.
Невозвращённые долги
Мечом над головой нависли.
Попробуй встать не с той ноги,
Сумев прочесть чужие мысли…
Я стал смелее, но порой,
Вновь становлюсь взрывоопасен,
И, заминирован тоской,
Жду взрыва – нерест мой напрасен.

 

***

Мне жаль себя… (Не щурься, но смотри!)
Мне жаль себя… За что? Пока не знаю…
Наверное, за то, что воробьи
Смешно и растопырено летают.
За то, что дождь идёт, и лист висит
Намокший, жёлтый, тяготясь висеньем.
За то, что чей-то тенорок басит
В хмельном предощущении весеннем.
За то, что солнце прячется в углах,
А паутина – золото, и только.
За то, что прахом пух, и пухом прах.
За то, что мне не жаль себя нисколько.

 

ВОЗВРАЩЕНИЕ

Придя на берег тот песчаный,
Я плакал долго и навзрыд.
На пляже тот же куст громадный,
И так же в мыс валун зарыт.
Я окунулся в ту же воду,
Одежду там же положив,
И так же чувствовал свободу
В движениях костей и жил.
Казалось, тот же голос слышу,
Казалось, берег меня ждёт…
Я там же на песчаник вышел,
И ясно понял: я – НЕ ТОТ.

 

ВЫЗДОРОВЛЕНИЕ

Ну вот, пришло выздоровление,
И снова сердце не болит.
Пусть за окном ветра осенние
И солнце отпустил зенит.
Как хорошо, что всё кончается
И начинать не надо вновь,
Не надо мучиться и маяться –
Ушла обманщица любовь.
Вот так и жизнь когда-то кончится
И, может быть, наступит Жизнь.
Листва на тополе полощется,
Сверкая тысячами линз.
Казалось, вечно невезение,
А я – бессрочный инвалид.
Но вот пришло выздоровление,
И снова сердце не болит.

 

СЕЛЬСКИЕ МОТИВЫ

Как хорошо, что мы с тобой не вместе.
Есть семьи – лесопилки. В мире тленном,
Забыв о сострадании и чести,
Была бы ты пилой, а я поленом.

Но только став опилками сырыми,
С тобой смешаюсь в радостном гниении,
Телёнком устремляясь к мёду вымени,
С годами превращаясь в удобрение.

 

ОДА ПЕЧАТНОЙ МАШИНКЕ

Спасение моё, печатная машинка,
Мне без тебя строки и той не написать.
Всё у тебя при всём: есть парус, крылья, шины,
Ты можешь ездить, плыть, печатать и летать!
Так увези меня в cвои хмельные дали,
Так унеси меня под облака скорей!
Такого шрифта вы, конечно, не видали,
Таких пружинок нет у гномов и у фей.
Каретка заскрипит, завьётся лента пылко,
Ударит молоток – и буква на листе!
Мне нравится твоя железная улыбка
На клавишах твоих, на глянцевом лице.
Когда я одинок, тебя я вспоминаю,
Когда вокруг друзья – не вспомнить не могу.
Ты у меня одна, хорошая, большая,
С тобою так легко перестучать тоску.
О, трепетный рычаг, о, перестук щемящий,
О, точки и тире, о, славный мягкий знак!..
Твой голос не солжёт, он чёткий, настоящий,
Ты знаешь боль мою, мой самый тайный страх.
Пусть нас закружит вальс ошибок и курьёзов,
Я счастлив, я – кузнец, я на тебе кую!
Пускай стучу не в такт,
пусть хлынут смех и слёзы…
С тобою не сравнить любимую мою.

 

***

На лист нанесть любовь к земле и Богу,
И сжечь в печи последний экземпляр,
И жить в трудах, блюсти обеты строго,
И стойким быть, как на лице загар.
Растить детей, быть ближнему опорой,
Любить жену, не суетясь душой.
Не лезть вперёд, гасить чужие споры,
И цель иметь и замысел большой.
Не бить зверья, не быть к траве жестоким.
Полынный запах путать с синевой,
И желчь не гнать по чистым водостокам.
Давать отпор, но с ясной головой.
Иметь возможность выбирать дорогу,
Иметь в пути ночлегом встречный стог,
Забыть слова – жить сердцем, а не слогом
Всегда желал, и до сих пор не смог.

 

***

Хочу быть рядом, редко, но хочу.
Хочу быть ядом медленным. И всё же,
Всё погасив, зажечь одну свечу
Хочу, презрев несбыточное ложе.
Хочу, глухое отстранив, спасти
Одну былинку, крошку, закуточек.
Лишь им, неизолгавшимся, цвести,
Стучать в сердца любовью между строчек.
Хочу радеть о маленьком цветке,
О чём-то неприметном, неизбывном,
Озябшем в тесном, сказочном мирке,
Чтоб разродиться в перспективе взрывом.

 

НАИНА

Тебя мой терем долго ждал –
Поблекла масть, рассохлось древо,
Фонтана сыплется овал,
И почивальни пусто чрево…
Когда под арку ты войдёшь
(Чего не может не случиться),
Как исцарапанная брошь,
Как обескрыленная птица?
Руины молча обойдя,
О чём подумаешь, тоскуя,
О струях тёплого дождя
На стёклах, боли поцелуя?
Или не вспомнишь ни о чём,
На стул опустишься устало,
Безмолвно требуя плечо –
Опору, ту, что было мало?
…Я память страстно не берёг,
Внимая Господу наивно.
Хотя мой терем не острог,
Ты – совершенная Наина.

 

***

Пусть наша репутация подмочена,
Мне кажется, не всё ещё закончено.
Пускай твоё спокойствие – истерика,
Мне кажется, не всё её потеряно.
Пускай петля за планку перекинута,
Мне кажется, не всё ещё достигнуто.
Пускай в душе цветёт чертополошина,
Мне кажется, не всё ещё заброшено.
Пускай прощанье тьмою предначертано,
Мне кажется, нее всё ещё исчерпано.
Пускай не всем спасенье предназначено,
Мне кажется, не всё ещё растрачено.
Пускай обидой чувство опорочено,
Мне кажется, касанье – не пощёчина.
Пускай моё правительство низложено,
Мне кажется, ядро не уничтожено.
Пусть свалкою окно обезображено,
Мне кажется, не всё ещё загажено.
Пускай судьба пуста и обездоленна,
Мне кажется, не всё ещё замолено.
Пускай моё страдание бессмысленно,
Мне кажется, не всё ещё написано.

 

***

Играй свою роль. Пусть будет больней!
Играй свою роль до финала.
Раскрась пустоту обесцвеченных дней,
Которых немало, немало…
Всё надо потрогать, увидеть, постичь…
В страданиях лепится Чудо.
Оттуда, из боли, не вычурный кич –
Шедевры оттуда, оттуда…

 

***

Забудь меня в моей могиле.
Я надоел всем… Ну и пусть…
Но устремляюсь к новой силе,
Которую боится грусть.
И сострадать не стоит, право,
Я жалок с ваших лишь высот.
С недавних пор мне лес по нраву
И суета пчелиных сот.
Мне солнышко протянет руку,
И небо небосвод подаст.
Что может так рассеять скуку,
Как глупости людской контраст?
Но лгу, и люди также славны,
Как шум дерев иль ульев гам,
Они заучивают раны
Мажорных и минорных гамм,
Не зная музыки прекрасной.
Я тоже был когда-то глух,
Пока в аду тоски напрасной
Мне кто-то не «прочистил» слух.
И всё теперь так бесподобно,
Что даже и не описать.
К чему усердствовать упорно?
Кого губить? Кого спасать?
Жизнь сконструирована мудро,
Конструктор явно не простак.
Забудь меня… Светлеет утро,
День следует за ним.
Итак!..

 

***

Любить! Любить, как в первый раз.
Любить себя, врага и друга.
И не «когда-нибудь» – сейчас,
Без умиленья и испуга.
Просящему немедля дать,
Дарящему не прекословить,
Без нарекания понять,
Не потакать и не неволить,
Не возводить забор из дыр
От окружающего смрада,
И не пугаться волчьих игр,
Покинув блеющее стадо,
Возненавидеть тупики,
Ограничения, заторы.
Пути-дороги нелегки,
Но тяжелее спальни шторы.
Понять, осознавая путь:
Мы все и господа, и слуги.
И одеяло не тянуть
С озябшей утренней подруги.
И вновь любить, вдвойне, втройне,
Пока любовь ещё возможна,
Средь грохота и в тишине,
Без промедленья, неотложно!

 

***

Я рад, что ты меня не любишь
(Не так, как принято любить),
Что чувственных не носишь рубищ,
Не просишь исступлённо: «Пить!»
Что ты касаешься без страха
Навечно веру потерять,
И что плечо моё – не плаха.
Я рад, что память не унять.
Я рад, что всё неповторимо.
Я рад спокойствию ума.
Я рад тому, что слава – мимо.
Я рад, что не настигла тьма.
Я рад, что свет не слишком резок.
Я рад неспешности минут.
Я рад, что струи занавесок
На пол бесчувственно текут,
Что колыханием не тронут
Прозрачный воздух наших душ,
Что я не пламя, ты – не омут.
И умоляю: не порушь.

 

***

Я опять готов на новое
Приключение случайное.
Глухота моя бездонная,
Немота моя печальная!..
Снова, снова что-то грезится -
Стол, веранда, чашки чайные,
Словно ты по шаткой лестнице
Поднялась ко мне нечаянно.
Оптимизм мой неоправданный,
Прямота моя наивная…
Вновь по колее накатанной
Настигаю чудо дивное,
Чудо дивное и нежное,
Что передо мною катится
По судьбе моей заснеженной
В голубом коротком платьице.
И нельзя уже попятиться.
Я мишень весьма ранимая.
Мелко волосы кудрявятся…
Бей, стрела неукротимая!
Ты легка и легкомысленна,
Ты воздушная, беспечная.
На пере твоём написано…
Что? Что лук в руках у Вечности.

 

МОНОЛОГ ЖЕНЩИНЫ

Мой друг, что если я люблю?..
А Вы меня боитесь разве?
Молюсь за Вас семь раз на дню,
Явленье Ваше – редкий праздник.
Мой друг, что стало бы, когда б
Мы вместе были рядом, дома?
Рабыня – Ваша, Вы – мой раб.
Вы – Рафаэль, а я – Мадонна?
Вы б рисовали, я б цвела!
Что в том плохого, правда, милый?
Людей замучили дела,
От чувств бегут, кичатся силой…
А я люблю, люблю и что ж,
Зачем дано такое счастье?
Там, за окном был только дождь
И вдруг – как радуга в ненастье!
…Да что я всё «люблю, люблю…»?
Вы мной пресытились, наверно?
Но скуку звонкую мою
Еще не посетила скверна.
Вы потерпите, всё пройдёт,
Я разлюблю Вас, потерпите…
Вот вишня плоть свою даёт,
Вот солнце замерло в зените,
Кругом, смотрите, – Чистота!
Сомненьями не сейте вздора,
Я Вас прошу, и вишня та
Не станет яблоком раздора.

 

ОБЫКНОВЕННАЯ ЛЮБОВЬ

Обыкновенная любовь
Меня опутала сетями,
Обыкновенная любовь,
Обыкновенная во всём.
Обыкновенно и легко
Она возникла между нами,
Обыкновенная любовь,
Которой вряд ли кто спасён.
Обыкновенная тоска,
Обыкновенные свиданья,
Обыкновенная рука
В рукопожатии немом,
Обыкновенные слова,
Обыкновенные признанья,
Обыкновенная молва
В людей неведенье слепом.
Спешащим, им не до любви,
Они давно любовь забыли,
Их затянул водоворот
Забот обыденных, пустых.
Обыкновенная любовь
Грустит в сердцах под слоем пыли.
Обыкновенная любовь,
Ты их, непомнящих, прости!
Наверно, я забуду всё,
То, чем сегодня так волнуем,
Наверно гляну свысока
На то, как искренен простак,
Наверно, втайне посмеюсь
Над этим робким поцелуем.
Но почему ты так светла,
И необыкновенна так?

 

***

Мутно небо, просторы грязны,
И костёр догорел дотла,
Мысли суетны и напрасны…
Очень важно, чтоб ты была.

Есть намного важнее вещи,
Но не сталь я и не скала.
У иконы поставлю свечи –
Очень важно, чтоб ты была.

Обойтись и без дома можно,
И без тела – не в этом суть,
Знаю: временно всё и ложно.
Но прошу, заклинаю – БУДЬ.

 

***

Страстей высокого накала
Уже не вынести. Пора
Отставить в сторону бокалы
И отрезвиться до утра.
Пора привыкнуть к постоянству
Бесстрастных выплесков души,
А склонность к кутежам и пьянству
Сменить на труд в лесной глуши.
Остепениться неотложно,
Движений резких убоясь,
Остыть и, если только можно,
Не наступать подошвой в грязь.
Оставить клоунство лихое
И всех, кто жаждет клоунад.
На грани страсти и покоя
Принять я вашу руку рад.
Пойдёмте в тихую обитель…
Мне предстоит ослепнуть вдруг.
Вы мой... вы мой путеводитель,
Вы мой, я точно знаю, друг.
Не предвкушение лже-счастья,
Не ожидание побед,
Вас манит прелесть соучастья
В стремнинах радостей и бед.
Пусть неуклюж в своём желанье
Я – обессиленный игрок,
О, преподайте мне урок
Нелицемерного молчанья!

 

ОДИНОЧЕСТВО

Одиночество моё сладкое,
Ухватило ты меня накрепко.
Даже если увлекусь схваткой я,
Пусть окутает твоя патока.
Даже если по красе золото,
Руки белые и взгляд светится –
Столько в мельнице муки смолото,
Что недвижима стоит мельница.
Даже если б вырос стол от земли
Весь уставлен снедью и винами,
Сердце вымолвит едва: «Мало ли!..
Были мы уже с тобой свиньями».
Даже если мебель в дом мягкую,
Занавески на окно, жалюзи,
По сервантам – дребедень всякую,
Не дождёшься от вещей жалости.
Даже если за окном на волне
Тронут лебеди листву шеями,
Даже если потону в тишине,
Одиночество прервать смею ли?

 

ПРОБУЖДЕНИЕ ДУШИ

Что-то мягкое, что-то тёплое,
Что-то доброе в сердце вкралось мне,
Что-то нежное, позабытое,
Что-то ластится, как котёночек.
Не пойму за что, не пойму зачем,
А оно всё здесь, рядом, рядышком,
Вроде нет его, вроде спит оно,
Только всё вокруг в свете солнечном.

 

ДО ЦВЕТЕНЬЯ ВИШЕН

До цветенья вишен
Только малый шаг.
Божий голос слышен
Не «за просто так» –
Отблески пришествий
Разгляди в огне
И по миру шествуй
С торбой на спине.
Будь случайным гостем,
Искажая суть,
Только вывод после
Сделать не забудь.
Огрубевшей кожей
Пот со лба сотри,
Жизнь смотри не с лоджий –
Вникни изнутри.
Раненый судьбою,
Помни, что всегда
Льётся пред Живою
Мёртвая вода.
Захвати, в познанья
Отправляясь путь,
Милость и изгнанье
От кого-нибудь.
В каждом есть Всевышний,
Вроде бы… Итак,
До цветенья вишен
Только малый шаг!

 

СКАЧАТЬ всю книгу «Стезя»

 

© Юрий Анастасьян, 2009. Все права защищены
Произведения публикуются с разрешения автора

 


Количество просмотров: 1898