Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Научные публикации, История / Научные публикации, Этнография, этнология
© Иминжан Бахавудун. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения семьи автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 8 октября 2012 года

Иминжан Бахавудун

История Или

Исследование включено в книгу «Династия уйгурских интеллектуалов». В этой уникальной книге слито в единый и увлекательный рассказ о своем народе, его борьбе за право быть свободным и созидать счастливую судьбу трех подлинных интеллектуалов одной и яркой уйгурской династии – историка, поэта и писателя, публициста-исследователя народной мысли, культурно-этнических основ. Книга – еще одна и глубоко достоверная летопись о жизненной силе уйгурского народа, его пути к становлению. Она написана неравнодушными сердцами и пытливой мыслью его истинных сынов. Но она дает возможность каждому читателю прикоснуться к наиболее значимым событиям, к высоким нравственным постулатам древнейшего восточного народа.

Публикуется по книге: И. Бахавудун и др. Династия уйгурских интеллектуалов / И. Бахавудун, А. Имин, А. Баудунов. – Б.: ОАО «Эркин-Тоо», 2012. – 208 стр. Тираж 200 экз.

УДК 94 (47)
    ББК 63.3 (2)
    Б 30
    ISBN 978-9967-12-264-2
    Б 0503020000-12

НАЦИОНАЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ НАУК КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ И ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

Рекомендовано к печати Ученым советом Института философии и политико-правовых исследований НАН КР

Редактор: Почетный академик и член-корреспондент НАН Кыргызской Республики, доктор филос. наук, профессор А. И. Нарынбаев

Рецензенты: Член-корреспондент НАН Кыргызской Республики, доктор филос. наук, профессор О. А. Тогусаков, доктор филос. наук, профессор Э. С. Орозалиев

Художник: Заслуженный деятель культуры Кыргызской Республики С. Бабаджанов

Автор сборника «Династия уйгурских интеллектуалов» выражает глубокую благодарность всем участникам за поддержку и помощь в издании книги.

 

Прочти, пред тобой уникальная книга

Да, дорогой читатель, пред тобой поистине редкая и уникальная книга. И эта уникальность состоит, прежде всего, в том, что авторы ее три человека. Три Личности разных поколений, объединенных и тем, что в их жилах текла и продолжает свой плодотворный ток — родная кровь. А в их судьбах, точь-в-точь, как в зеркале, отразилась и отражается судьба родного народа, его нелегкая, героическая, порой и многострадальная история. И та великая стойкость, благодаря которой этот свободолюбивый и мужественный народ выжил и сохранил себя, свои вековые и многоценные традиции, достойную рода человеческого самобытную культуру и своё древнее и родное Слово — язык. В них — в этих народообразующих ценностях — сила, мудрость, крепость и жизнестойкость каждой людской ветви на древе многообразного мира.

Все это с удивительной и достоверной ясностью явлено и в книге «Династия уйгурских интеллектуалов». Имена авторов, настоящих патриотов и подлинных сынов уйгурского народа: Иминжан Бахавудун, историк и мыслитель, оставивший бесценную книгу «История Или» — редкую и достовернейшую летопись переселения его народа из исторической родины.

Второй автор, сын Иминжана Абдурашит Имин, прекрасный поэт — трибун и писатель. Его выдающийся талант, яркий и страстный, виден даже в тех стихах, которые пока удалось найти. В них поэт Абдурашит Имин — поборник свободы и независимости своего народа, зовущий его подняться с колен и бороться за свое счастье и достойное будущее:

Мы в потемках жили под властью тирана,
    В произволе и гнёте жестокой судьбы. 
    Обжигала сердца наши страшная рана, 
    Мы вверяли Всевышнему наши мольбы.

Злая сила врага все росла, не редела,
    От бесчинства ее наш народ бы иссох. 
    Но, когда же страданья дошли до предела, 
    Мы поднялись, врагов превращая в песок.

Мы изгнали тиранов — носителей тьмы,
    И свобода пришла к нам — в сердца и умы!

Такими правдивыми и искренними мыслями пронизаны и первые новеллы писателя Абдурашита Имина.

К горькому сожалению, Абдурашит Имин рано и трагически погиб, когда ему исполнилось всего лишь 27 лет.

И, думая о судьбе поэта и гражданина Абдурашита Имина, невольно вспомнишь строки русского творца слова Николая Некрасова. Пусть они сказаны в память о другом интеллектуале в русской литературе, но в них мысль именно о таких подлинных сынах Отечества, каким был и остался в памяти народной Абдурашит Имин:

...Но слишком рано твой ударил час,
    И вещее перо из рук упало. 
    Какой светильник разума угас! 
    Какое сердце биться перестало!

Третий автор этой книги — сын поэта Абдурашита Имина Акбаржан Баудунов. Перу этого публициста-исследователя и нашего современника принадлежат философские раздумья о литературе, культуре, вековых традициях уйгурского народа. Он кропотливейшим образом ведет интересный и своеобразный поиск, устремляя свой проницательный взгляд в самую сердцевину духа, мысли великих мудрецов уйгурского народа, других гениев — творцов Востока, которые внесли великий вклад в сокровищницу мировой культуры, в развитие цивилизации. И автор исследования Акбаржан Баудунов убедительно показывает всем нам — какой же это поистине неисчерпаемый кладезь знаний о человеке и человечестве!

Словом, дорогой читатель, прикоснись душой и мыслью к этой книге. И, читая ее думающие страницы, хочу верить, погрузишься в большой пласт истории и культуры народа, познавая мудрость лучших его представителей. И, возможно, яснее станет тебе и твой жизненный путь. Тем более, что и эта книга «Династия уйгурских интеллектуалов» поможет тебе глубже осознать свое истинное назначение в жизни и в этом мире.

И еще замечу: рассказывать пространно в предисловии о содержании книги — дело не простое и, вряд ли, необходимое. Лучше всего вдумчиво читать её страницы, читать, думать и размышлять... И ты, читатель, почерпнешь из нее много полезного и укрепишься в мысли, как важно в жизни быть и зваться гордым именем Человек.

Леонид Калашников, публицист, кавалер духовных наград России – медалей А.С.Пушкина, М.А. Шолохова, лауреат премии Президента Кыргызской Республики «Золотое перо»

 

    Иминжан Бахавудун (1897 – 1948)

 

ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НАРОДОВ ИЛИ В СЕМИРЕЧЬЕ

(Отрывки из книги «История Или»)

В 1871 году Россия взяла под свою власть Илийский округ. После чего таранчинцы и дунгане потеряли свое независимое султанство и до 1881 года находились под протекторатом России. По договору, заключенному 12 февраля 1881 года в Петербурге между Россией и маньчжурским правительством, Россия должна была передать Илийский округ маньчжурам. В договоре были согласованы особенности переселения желающих (в течение года) в Российскую часть Семиречья, а также передача маньчжурским правительством России некоторых земель, находящихся ближе к ее границе (между рекой Хоргос и Кольжат). Этот договор между двумя государствами был предан огласке (с публикацией в газете), но народ Или некоторое время оставался во власти России из-за задержки приезда чиновника маньчжурского правительства, который должен был официально принять от России Илийский округ.

Новость о якобы возвращении маньчжурского правления в Или очень насторожила таранчинцев и дунган. В конце концов, и те и другие решили переселиться в Россию и от имени народа написали заявление генерал-губернатору Семиреченского округа. Заявление таранчинцев подписали 24 человека: Абабэкри-болус (болус – начальник волости), Рози-болус, Сопи Нияз, Закрия-болус, Мухаммат-болус, Молла Абдулла-болус, Мухамед Али, Хошур кари, Мэхпир Исхак, Абдуманап казы, Хожанасири казы, Тахир казы (казы-казый), Насыр казы, Имин казы, Садир казы и др. Заявление дунган подписали Аюп, Исхак и другие.

Эти два заявления были доставлены губернатору Колпаковскому специальным посланником, который, согласовав их с генерал-губернатором Туркестана 20 июня 1881 года, разрешил переселение. Узнав о решении губернатора, таранчинцы и дунгане избрали посланников, которые должны были выехать в Россию и осмотреть земли, воды, а также подготовить материалы для постройки домов. Для переселенцев генерал Колпаковский указал земли вдоль реки Чилик и земли к северу от правого берега реки Или. В случае, если этого будет недостаточно, или же указанные земли окажутся непригодными, генералом были обещаны переселенцам земли за рекой Чу до Аулие-Ата (ныне Тараз). Посланники, во главе с полковником Изратовым – начальником южной части Или, в 1881 года 3 июня вышли в дорогу и до 27 июня, осмотрев лишь земли, располагавшиеся между Кольжатом и Кара-Балтой, вернулись обратно.

В итоге представители каждой волости распределили земли следующим образом:

1. Земли Большой и Малый Аксу, Баян-казак (ныне с. Ават) и некоторые земли левого крыла (юг) реки Или – в распоряжение 839 дворов Хонохайской волости.

2. Нижняя часть реки Чарын — 500 дворов с каждой волости.

3. Правое крыло (восток) Чилика — 2465 дворов из 3-х волостей (Каш, Борбосун, Кайнуқ).

4. Левое крыло (запад) Чилика — 2694 дворов из 4-х волостей (Каш, Арустан, Байтокай, Арабуз).

5. Волости Карасу с нижней части Атамкула — на 1658 дворов (выходцы из Нилки, Токкузтары и некоторые городские).

6. От реки Чу до Аксу: дунганам — 1410 дворов, а таранчинцам — 3340 дворов.

Однако таранчинцы, к удивлению дунган, поселились на территории нынешнего Жаркента и его окрестностей.

Посланники, проехав верхом за 24 дня от Кольжата до Кара-Балты, невнимательно и, главное, не по плану произвели измерение земель Семиречья, поэтому, естественно, не смогли заметить их недостатки, касающиеся наличия и качества водных ресурсов, что, правда, не было предусмотрено осмотром.

В то время, когда народ Или был обеспокоен переселением, в середине июня 1881 года из внутреннего Китая приехал чиновник с целью принятия Илийского округа и передачи его маньчжурскому правительству. Чиновник, пытаясь успокоить народ от разных слухов, сказал: «Маньчжуры не собираются отдавать таранчинцев и дунган русским, но если они захотят этого, то сделать могут, лишь при единодушном желании всего народа».

Чиновник, объехав все села, поселки на севере и на юге, посоветовал народу не бояться маньчжуров и желательно не двигаться со своих мест. Вообще, сколько бы ни говорилось о розни, скитаниях во время переселения, тоске по Родине, проблемах на новой земле (отсутствии там или нехватке воды и т.д.), он и не в силах был остановить народ. Люди думали, что в течение 1882 года успеют переселиться и попросили у чиновников 2 года на переселение. Но ситуация усложнилась, и время переселения протянулось до 10 марта 1883 года. Чиновник маньчжурского правительства, вернувшись в город, организовал специальную комиссию для сбора списка желающих переселиться. Из таранчинцев желающих было 11 365 дворов, дунган – 1 300 дворов, всего — 12673 дворов (примерно 51 тыс. человек). Из них для 2 тыс. семей были выделены земли между Усеком и Хоргосом, а для остальных 10673 дворов были отведены другие земли.

 

ПЕРЕСЕЛЕНИЕ ДУНГАН

Переселение началось осенью 1881 года. Первыми переселились 14 семей, зиму они перезимовали в Алматы. Вместе с ними двинулись в путь 101 семья таранчинцев, но они дошли лишь до Чилика. Первые переселенцы – таранчинцы были бедными людьми, к тому же в этот год зима наступила очень рано, и они вынуждены были остановиться и перезимовать в юртах, пережив много трудностей. Процесс переселения пришлось приостановить и начать его с весны 1882 года. У переселенцев не было ни запасов питания, ни семян. И после обращения начальников областного правительства, в середине февраля, генерал-губернатор поручил экстренно собрать урожай в Чилике, Тургене и Пишпеке. На расходы по устройству переселенцев областное правительство России потребовало у маньчжурского правительства 450 тыс. рублей из 9 млн. рублей денег, которые по договору маньчжурское правительство должно было выплатить России. Из этих денег на питание переселенцам и на семена было израсходовано 50 тыс. рублей. Но эти деньги были выделены переселенцам в долг с перспективой выплаты части его вместе с налогом, который, кстати, увеличивался с каждым годом. Итак, в Пишпекский уезд правительством было выделено 9211 пудов (1 пуд – 16 кг) хлебо-запаса на сумму 3235 рублей 18 копеек, а Алмалыку — 12202 пуда на сумму 3636 рублей 60 копеек.

Переселенцы всю зиму готовились в дорогу. Люди, жившие ближе к границе, во время зимы , воспользовавшись заледенелой дорогой, с помощью саней доставили свои припасы на юг реки Или. Весной 1882 года в Или они спустили 3-4 лодки и потихоньку начали передвигаться. Были построены специальные мосты, чтобы пройти через воды Чарына и Чилика.

С начала 1882 года переселились дунгане. Так как была вероятность, что в связи с переселением дунган между маньчжурами и дунганами может опять начаться война, с целью ускорить переселение последних из области, был отправлен специальный человек, благодаря стараниям которого было переселено на 914 арбах 486 семей (2454 человек) дунган. Им были выделены земли в Токмакском уезде, в пределах нынешнего Сокулука и Пишпека. Многие из этих дунган были в основном торговцы и ремесленники. Из-за долгой дороги из 1308 дворов переселенцев до Токмакского уезда дошли лишь 350 дворов. Из них 200 семей устроились в Сокулуке. А остальные переселенцы 150 дворов остались в Пишпеке и занялись торговлей. 115 дворов устроились в г. Верный. 100 дворов устроились с таранчинцами между Чиликом и Тургенем. Летом этого же года 600 дворов устроились на землях между Усеком и Хоргосом. Осенью 1884 года в Сокулук переселили Надирахуна, который раньше был начальником волости Суйдун. (В 1883 году он был представителем дунган к царю, где удостаивается звания «хорунжий»).

Количество переселившихся в Пишпек дунган было 208 дворов (644 человека), в г. Верный -146 дворов (694 человека), в г. Жаркент— 333 дворов (1347 человек). Осевшие в гг. Верный, Пишпек занимались торговлей, овощеводством, а часть устроившихся в Жаркенте — земледелием. Кроме них, число поселившихся в Алматинском уезде вместе с таранчинцами составило 146 дворов (694 человека), которые занимались только земледелием. Почти все жившие в Кораме переселились в другие места, а некоторые в данное время живут в кишлаке Кызыл-Жигда.

Из Карасуйской волости большинство (из с. Палтабай 85 семей, а из с. Йенишахар 90 семей) переехали в другие места.

Число переселившихся дунган из Кульджи в 1884 году составило 1147 дворов (4682 человека). В это число не входят кашгарские дунгане. Уездным гг. Верный, Токмак и Жаркент правительством было выделено 668 руб. 10 коп, 8241 руб.78 коп. и 500 руб. — соответственно на общую сумму 9409 руб.88 коп.

 

ПЕРЕСЕЛЕНИЕ ТАРАНЧИНЦЕВ

10 марта 1882 года царская Россия официально передает Илийский округ цинскому Китаю. Это событие очень обеспокоило народ Или. Когда маньчжуро-китайские войска вступили в Кульджу, старожилы вновь были встревожены перспективой переселения, так как с установлением власти маньчжуро-китайцев они не надеялись на нормальную жизнь. Учитывая факт отсутствия припасов, продуктов питания, правительство решило оставить несколько семей из каждого кишлака до осени 1882 года, чтобы те занимались земледелием в самой Кульдже. Но народ не согласился на это. В итоге начальники волостей с трудом удержали людей до сбора урожая.

Первое переселение началось в середине марта 1882 года. То были люди из Хонохайской волости, которые перебрались на выделенные им новые земли сел Большой и Малый Аксу, Баян-Казак. Так как земли, где они раньше жили, находились ближе к Аксу (на расстоянии 70-80км.), в тот год зимой они сумели на санях перевезти с собой оставшийся урожай и хорошо запастись продуктами. Из 839 дворов Хонохайской волости тогда переселилось 675 дворов. К ним с Или, Хонохаймазара присоединились 1234 двора (5933 человека). И тогда, учитывая, что воды Большого и Малого Аксу, Баян-Казака не смогут удовлетворить нужды населения здешних мест, правительство решило организовать доставку сюда воды с расчетом орошения 40 тыс. десятин земли. Весной 1885 года в Сартокае, по руслу старой речки, был вырыт канал длиной 12 км.

Но народ, работавший под властью маньчжуров, отчаявшись от высоких налогов, отказался работать на этой сырой и засоленной земле. В этот год они посеяли зерновые только на 26 десятинах земли. Однако ничего не проросло, так как были посеяны поджаренные зерна, а местной властью ничего путного предпринято не было.

 

ПЕРЕСЕЛЕНИЕ ТАРАНЧИНЦЕВ И ДУНГАН В УСЕК И ХОРГОС

По сравнению с Аксу, Чарыном, в Усеке и Хоргосе переселившихся таранчинцев было в два раза больше. Вначале, учитывая вражду между таранчинцами и маньчжурами, правительство решило переселить на эти земли только казахов и русских. Однако в 1881 году после слухов о том, что Илийский округ вернут обратно во власть маньчжуров, многие таранчинцы перебрались в Усек и Хоргос и стали заниматься земледелием, попросив у царского правительства разрешения здесь остаться. 12 января 1882 года, по настоянию царского правительства в Кульдже, генерал-губернатор дал свое согласие, и на этих землях были устроены 1500 семей таранчинцев, 500 семей дунган. А на месте бывшего города Сулан, на берегу реки Усек, был построен город Жаркент, куда были переселены таранчинцы, дунгане и российские торговцы.

Целью переселения в Жаркент было: город стоял ближе к границе, к тому же намечалось сделать его торговым центром между двумя государствами.

Кроме обосновавшихся здесь ранее уйгуров, в Жаркенте поселились также люди, которые не смогли дойти до выделенных им мест из-за бедности и тяжелой дороги.

В июне 1882 года сюда приезжает сам генерал-губернатор и, увидев, что новоселы превратили безжизненные, пустынные наделы в цветущие земли, выделяет дополнительно еще 30 тыс. десятин земли -500 семейным русским, казахам, а остальные — таранчинцам, дунганам. Кроме того, он разрешает переселить 1500 дворов в Усек.

Согласно договору, русские должны были освободить Кульджу не позже 10 марта 1883 года, но правительство сократило срок до 5 марта, опасаясь, что между маньчжуро— китайцами и переселенцами может разразиться война. В феврале было переселено еще 500 дворов.

До 1883 года число переселенцев в Жаркентский уезд составило: в Усеке, Хоргосе таранчинцев — 2479 дворов (9489 человек), дунган – 333 двора (1347 человек). В волости Аксу-Чарын — 1107 дворов, (5346 человек). Общее количество таранчинцев в Жаркентском уезде составило – 4346 дворов (18616 человек).

 

ПЕРЕСЕЛЕНИЕ ТАРАНЧИНЦЕВ В ЧИЛИК

Большинство кульджинцев поселилось в Алматинском уезде, в частности, вдоль реки Чилик (нынешние села Корам, Чилик, Малыбай). На правом берегу реки Чилик (нынешний Малыбай) в 4 волостях было расселено 1086 дворов, на территории нынешнего Корама — 2288 дворов. Территория Малыбая не доставляла местным властям никаких трудностей, так как места здесь были хорошо обеспечены водой, чего нельзя сказать относительно других мест.

В селах Аксу, Каратурык, Ойнак из-за недостатка воды, дехкане просили разрешение расширить канал до местности Каратурык. До прихода переселенцев на эту землю властями были подготовлены рабочие для доставки воды с Чилика до Атамкула с помощью техники с бюджетом 300 тыс. рублей (на полив 26 тыс. десятин земли). Местная власть сочла такие расходы обременительными и забросила это дело. Однако, позже, проконсультировавшись с опытными людьми, она приходит к идее прокладки канала усилиями трудового народа. Для этого ответственным из таранчинцев назначили Абабэкри -болуса (волостного), который раньше в Или был начальником волости Таш-Устен и опытным специалистом ирригационных работ в Илийском округе. Его помощником был человек русской национальности.

В итоге без всяких затрат люди прорыли канал до Атамкула, что дало возможность оросить 40 тыс. десятин земли — почти в два раза больше первоначально запланированных.

 

ПЕРЕСЕЛЕНИЕ В КАРАСУ

Посланники волостей Токкузтары и Шахар-асты (южная часть Или), выехавшие вместе с посланниками других волостей в июне 1881 года для осмотра земель в Семиречье, заняли земли для своих волостей вдоль реки нынешнего Тургеня. За старожилами здесь было оставлено, конечно, право пользоваться водными ресурсами этих мест. Однако, в этом случае воды бы не хватило, потому что тогда пришлось бы орошать также земли русских и казахов Атамкула.

Учитывая это, власти решили поселить таранчинцев между Атамкулом и Каратурыком, потребовав от них участия в рытье канала.

Таранчинцы отказались, попросив у властей земли, выделенные им вначале, т.е. земли в волости Карасу, при этом они проявили упорство и, в конце концов, добиваются своего.

Итак, по списку, собранному во время выборов в Караконгузе, дунган было 674 двора (3003 человека). В Каракольском уезде — 205 дворов (1130 человек).

 

УПРАВЛЕНИЕ ТАРАНЧИНЦЕВ И ДУНГАН

Во времена властвования маньчжуров местное население делилось на юзы (сотни). На каждый юз или на несколько юзов назначали юзбеги (сотника) и минбеги (тысячника). Над минбеги стояли хакимбеги (уездные начальники).

После того, как таранчинцы в 1871-1881 гг. перешли в Российское подданство, вместо бега назначались начальники волостей. В Семиречье эта система осталась в силе, и население в количестве от 1200 до 2500 дворов составило одну волость и таким образом, бывшие 14 волостей сократились до 6 волостей.

Волости Корам, Малыбай, Карасу, Жаркент, Аккент, Аксу, Чарын, Кетмень, Кольжат остались прежними. В Чон — Аксу обосновались 300 дворов, в Кичик – Аксу— 250 дворов, в Баян-Казак — 315 дворов. В июне 1882 года отсюда в нынешний Чарын было переселено 100 дворов.

В 1882 году летом волость Малыбай делится на 3 селения: Малыбай — 304 двора, Байсейит — 320 дворов, Масыкпай — 304 двора. В 1883 году к ним с Кайнука присоединяются еще 184 двора, с Сарыбулака — 232 двора.

В мае 1882 года волость Корам делится на следующие селения: Корам -300 дворов, Лавар — 328 дворов.

В августе 1883 года в Тиранкаре было 320 дворов, Каратурыке — 304 двора, в Аксу — 200 дворов.

В Карасуйской волости в сентябре 1882 года вдоль реки Кичик-Талгар было 300 дворов, в июне в Ташкенбайсазе – 242 двора. В 1883 году в Ташкарасу было 200 дворов, в Навбекке -100 дворов, в Жарылкапе — 100 дворов, в Манапбулаке — 200 дворов, в Балтабае — 101 двор, в Иккибулактокое — 300 дворов, в Садире — 50 дворов. Всего было 1500 дворов. В 1884 году к ним присоединились еще 1495 семей. Из Алматы переселились 130 семей таранчинцев, 43 семьи из одной местности Или, общее количество которых здесь составило 3158 семей.

Но из-за того, что в Карасуйской волости было мало подходящей земли, многие из них арендовали земли у соседей – казахов и русских.

Необходимо было распределить переселенцев так, чтобы не менее 200 семей, которые занимались земледелием, обосновались в зависимости от возможностей гидроресурсов районов. Размеры налогов с таранчинцев и дунган были одинаковые. С 1886 года налог на каждый двор составлял 8 рублей, который с каждым годом повышался. Так как в Семиречье было много крестьян и высокоразвито земледелие, цены на овощи, продукты заметно упали, и многим дехканам пришлось оставить свои земли, т.к. нечем было платить налоги.

Зато для богатых умножилось число батраков, готовых работать за копейки.

 

***

Таранчинцы, оставшиеся в Или и перешедшие под власть маньчжуров, немного избавились от непосильных налогов, по старой традиции расплачиваясь зерном, урожаем, хотя они трудовому народу по-прежнему были обременительны.

По всему Илийскому округу осталось 1700 дворов. Но часть из переселившихся 4000 дворов, тоскуя по своей Родине, вернулась обратно на свои земли.

 

Примечание:

В книге «Или тарихи» («История Или»), написанной историком — языковедом первой половины ХХ в. Иминжаном Бахавудуном (1897-1948), ярко отражена история Илийского края. Содержание последней главы этой книги охватывает 10 лет (1871-1881) истории Или в следующей последовательности изложения: Илийский округ во власти России; по договору его передача затем обратно во власть Цинской империи; переселение уйгуров и дунган в Семиречье, на территорию ныне постсоветских стран СНГ (событие «Көч-көч» — «Переселение»). Глава под названиями « Переселения народов Или в Семиречье» из книги «Или тарихи» («История Или») была опубликована в журнале «Шинжан тәзкириси» («Описание Синьцзяна») 1996 г., №2 страницы 44-52.

Перевел с уйгурского на русский язык и подготовил к изданию внук Иминжана Бахавудуна  — Акбаржан Баудунов

 

ВОСПОМИНАНИЕ О МОЕМ ОТЦЕ

Среди Илийских уйгуров – интеллигентов, наверное, нет людей, которые бы не знали моего отца Иминжана Бахавудуна, который был основателем светских школ, занимался устным народным творчеством, историей, заботился о народе. Он прожил всего 51 год. В годы беспредела и реакции он боролся за справедливость и за прогрессивные деяния в культуре соотечественников.

В сердцах илийцев остались теплые воспоминания о нем, о его достоинствах большого патриота.

Иминжан Бахавудун родился в 1897 году в квартале Сударваз, г. Кульджа. Начальное образование получил в религиозной школе, затем учился в школе «Таалия» г. Кульджа у Халпам Хазрата. После победы Синхайской революции в январе 1912 года в Или образовалось новое китайское правительство. Тогда народ потребовал восстановить и охранять кладбище просветителя Мавлана Юсуфа Саккакий (которое было заброшено в 1881 году, во время кочевки в селе Хонохай).

После того, как требование было согласовано с властью, группа уйгуров переехала из г. Кульджа в селе Хонохаймазар. Среди переехавших был и молодой Иминжан с семьей. У Китая с Россией тогда торговый пункт находился в селе Хонохай, где в течение 4-х лет Иминжан работал у богатого китайского торговца Гударина, у которого была русская жена. У них-то он и выучил китайский и русский языки.

Мой отец, благодаря старательности стал известным интеллигентным человеком своего времени. В 1916 году была им открыта первая начальная светская школа, в которой он был первым учителем.

После Октябрьской революции в школе увеличивается количество учащихся, так как в село Хонохаймазар начинают переезжать люди из других мест. Это стало причиной острой нехватки школьных пособий. И тогда отец отправляется в Советскую Россию, в г. Казань, чтобы, во-первых, приобрести учебные пособия, во-вторых, увидеть молодую Советскую Республику.

Он видел, как после революции изменилась Россия. Всё это произвело глубокое впечатление на него, и он решил остаться еще на некоторое время в Советском Союзе.

В Казани он изучает персидский, турецкий языки у учителя Идриса Апанаева, а также знакомится с учебно-методическими программами. В 1923 году вместе со своим наставником приезжает в Хонохаймазар уже с новым мировоззрением и великой мечтой открыть здесь новые учебные заведения.

В 1924 году отец открыл первую среднюю светскую школу в Чапчал-Хонохае. Но это далось ему нелегко, потому что реакционный правитель Ян Цзэнсинь считал эту затею угрозой его власти, а также из-за протеста религиозных чинов, которые заявили, что религиозные школы исчезнут с появлением светских школ, а Иминжан Бахавудун таким путем обратит детей в атеистов. Недоброжелатели тайно выступают против наставника Апанаева, в результате чего заставляют его вернуться в страну, откуда он приехал.

Однако сломать инициативу Иминжана Бахавудуна, который, опираясь на собственные силы, построил 2-х комнатный школьный класс, где планировал проводить учебные занятия, неустанно пропагандируя все то, что увидел в Советском Союзе, ему не удалось.

Самым важным и полезным делом Иминжан Бахавудун считал просвещение народа. В беседе со старейшинами села, он говорил: «Казань – кипящий родник исламской религии, там есть и высшие учебные заведения, где молодежь обучается науке; они создали аэропланы, пароходы. До каких пор мы будем жить без образования?».

В конце концов, истина восторжествовала, значительно увеличилось количество его сторонников, которые предпочли для своих детей светские учебные заведения. Сейчас мы хорошо понимаем, с каким трудом удалось одолеть этот путь отцу, ставшему при жизни легендой.

Начиная с 20-х годов, в Хонохае образование в начальных школах укрепилось. В 1933 году Иминжан Бахавудун с согласия Назарходжи, правителя Токкузтары (в то время Чапчал относился к Токкузтаринскому уезду), и при поддержке начальника управления образования Илийского округа Аматхана построил еще одну школу из 8 комнат, а также клуб, рассчитанный на 500 человек. Затем открылась первая средняя школа. Для церемонии открытия этой школы он взял напрокат кинопроектор у трисумбульского китайского торговца Чулана и показал первый фильм. Все это, естественно, высоко подняло интерес народа к светскому образованию.

В результате этой деятельности авторитет отца высоко поднялся среди народа и органов власти.

В 1934 году правитель Токкузтара Назарходжа назначает его своим секретарем. В 1936 году, когда Чапчал преобразовался в уезд, отец стал начальником районного образовательного отделения и начальником учреждения духовного управления. Здесь он занимался делами, связанными с разносторонней жизнью населения – строительством мостов, дорог.

Какое бы не было время, какую бы должность не занимал Иминжан Бахавудун, считая долгом защищать интересы трудовых людей, сделал много полезного. Вот некоторые примеры из ряда позитивных деяний отца: одно время у старосты тюрьмы Тохти — безухого слишком ожесточилось отношение с заключенными. Иминжан Бахавудун провел проверку тюрьмы, доложил об этом правителю округа, что привело в итоге к увольнению Тохти — безухого с поста старосты тюрьмы и освобождению 20 невинно осужденных людей.

После создания уезда в Чапчале Иминжан Бахавудун стал начальником районного образования. Вложил немало усилий в дело развития светского образования, находя поддержку своей деятельности в отдаленных селах, кишлаках, где им были открыты школы в селах Алмагин, Гужуртайе, Жийран-булак (казахские школы), Шакирма, Укиржи (монгольские школы), Кичик-бугра, Чон-бугра, Супум-булак (уйгурские, казахские школы). В целом и при его участии были открыты 7 школьных учреждений. В результате имя Иминжана Бахавудуна, как просветителя, впиталось в сознание земляков, как весенний дождь в Чапчальские горные хребты.

Реакционеры типа Шэн Шицая, конечно же, не оставляли без внимания И. Бахавудуна. В 1940 году он был посажен в тюрьму. Из 400 семей, проживавших в селе Хонохай Чапчальского уезда, были задержаны 251 человек. По всему Илийскому округу число задержанных дошло до 60 тыс. человек. Мне неизвестно, сколько из них были убиты, но революционеры нашли в городской тюрьме гоминьдана в туалетном помещении 251 тело. И всякий раз, когда речь шла об этом, отец приходил в ярость.

В 1945 году 1 января, от имени революционного временного правительства Восточно-Туркестанской Республики было сказано следующее: «Иминжан Бахавудун, вы назначены начальником управления сакчи (охраны) Чапчала. С получением этого приказа обратитесь в комендантский штаб временного правительства для принятия инструкций по исполнению своих обязанностей». Обычно люди радуются продвижениям по служебной лестнице, но отец, получив приказ, впал в ярость, глаза у него искрились гневом, как будто кто-то его оскорбил. Вспомнилось: сначала он был задержан сторонниками Шэн Шицая и отбывал тюремный срок в Чапчале, в трисумбульской тюрьме, затем его посадили в главную Илийскую тюрьму. В июне 1942 г. он был переведен в тюрьму «Дайол» (расположенную в районе нынешней Илийской телевизионной станции). В 1944 году 10 ноября, когда Илийские партизаны атаковали тюрьму «Дайол», до отца доходил запах пороха из места перестрелки. Тогда же он смог освободиться из темных сырых камер… Насколько удивительны превратности судьбы! Отец стал не только начальником тюрьмы, где отбывал тюремный срок, но в его власти оказался тюремщик, который некогда арестовал его. Он решил в корне реорганизовать тюремные порядки и сделал все, чтобы освободить из тюрьмы неповинных людей. Мы хорошо понимали его намерение сделать «новый рассвет еще светлее».

В самом деле, став начальником охраны, он начал уничтожать гоминьдановские пережитки, арестовал шпионов, совершивших тяжкие преступления, безотказно принимал жалобы народа, искренне и смело решал возникавшие проблемы. В Чапчале существенной проблемой у дехкан были земля, вода, перешедшие в руки местным богатым помещикам. Отцу, когда он стал начальником сакчи, дехкане горного населения подали заявление с просьбой вернуть землю и воду. Отец много работал над этим, и, в конце концов просьба сельских тружеников была исполнена.

Отец Иминжан Бахавудун, кроме того, беспрерывно занимался историческими исследованиями, много времени посвятив сбору ценных рукописей. В последние годы своей жизни он написал книгу под названием «История Или». Содержание книги следующее:

1. Предисловие
    2. Исторические сведения об уйгурах.
    3. Или в период Чагатайского ханства.
    4. Или в период Джунгарского ханства.
    5. Или в период Цинского господства.
    6. Образование Илийского султаната.
    7. Переселение народов Или в Семиречье. 
    8. Заключение.

Будущему поколению в наследство он оставил историю родного края. Рукопись книги он намеревался подарить руководителю Восточно-Туркестанской Республики Ахметжану Касими, но в марте 1948 году он ушел из жизни. Перед смертью он завещал сыну Абдурашиту (Абдурашит Иминов, один из участников революции, который вместе с руководителями Восточно-Туркестанской республики во главе с Ахметжаном Касими, якобы должны были отправиться в Пекин на сессию НПКСК, но на самом деле они были схвачены и в ходе многочисленных допросов и пыток на Лубянке палачами МГБ были замучены до смерти) исполнить это желание. Что и было выполнено им 1 января 1949 года. А. Касими был очень признателен дару. В свое время это событие освещалось в прессе Восточно-Туркестанской Республики.

Иминжан Бахавудун во время путешествий (с Илийских кишлаков до Семиречья) собрал 5 тыс. народных пословиц и поговорок. Его первая часть собранного материала была опубликована в 1949 г. в Илийском журнале «Иттипак» («Объединение»), еще одна часть – в журнале «Литература и искусство Синьцзяна» в 1957 г. №№ 10, 11, 12., в 1958 г. №№ 1,2. Рукопись «Или тарихи» хранится в Рукописном фонде в г. Урумчи. Одна часть рукописи – об истории литературы и устном народном творчестве — исчезла по неизвестной причине, другую до сих пор храню у себя.

Абдушукур Имин

 

____________

Примечание:

Данный материал опубликован в книге «Или тарих материаллири» («Материалы истории Или»), г. Кульджа, 1994. – С.125-139.

Перевел с уйгурского на русский язык и подготовил к изданию Акбаржан Баудунов

 

СКАЧАТЬ всю книгу «Династия уйгурских интеллектуалов» в формате Word

 


Количество просмотров: 2226