Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Художественная проза, Малая проза (рассказы, новеллы, очерки, эссе) / — в том числе по жанрам, Эссе, рассказы-впечатления и размышления
© Кадыров В.В., 2007. Все права защищены
© Издательство «Раритет», 2007. Все права защищены
Произведение публикуется с письменного разрешения автора и издателя
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Опубликовано: 18 ноября 2008 года


Виктор Вагапович КАДЫРОВ

Коровы пустыни

Эссе о людях, чей дом находится в суровой, негостеприимной местности. Куда им бежать? Куда идти? И где находится родина?.. Из сборника «Коровы пустыни»

Из книги: Кадыров Виктор. Коровы пустыни. — Бишкек: Раритет, 2007. — 280 с., илл.
УДК 82/821
ББК 84 Р7 ‒ 4
  К 13
ISBN 978‒9967‒424‒55‒5
К 4702010201‒07

 

Человек привязывается к тому месту, где родился или долго жил. Ему кажется, что это самый благодатный уголок в мире. Конечно, он соглашается с тем, что где-то может быть хорошо, но дома-то лучше. Иной раз поражаешься, в каких местах находит себе пристанище человек.

Ущелье Кожокелен расположено не так далеко от города Оша на юге Киргизии. Удивительная нетронутая природа, причудливой формы красные скалы с растущей прямо по стенам арчой. Настоящие висячие сады Семирамиды! Звенящие ручьи, вытекающие из трещин и пещер. Святые места с их неотъемлемой атрибутикой – тенистыми рощицами, узорчатыми беседками со стопками стеганых одеял – тушуков, очагами с закопченными казанами для плова. Таинственные пещерки и гроты со священными озерами и святыми могилами. И над всем этим – мраморные стены, испещренные жилами и кавернами, словно письмена исчезнувшей цивилизации. Воистину – туристический рай! Экзотичен вид жилищ, построенных из камня, скрепленного красной глиной, которой тут в изобилии на склонах гор и в долинах. И кажется, что эти домики сами собой произросли прямо из-под земли, наподобие грибов. Есть селения, куда ведет лишь тропка через крутые скалы или через зыбкий мостик над ревущей горной рекой. Естественно, что добраться до них на машине невозможно. И там живут люди!

Или вот, например, дорога на Иссык-Куль. Летом все спешат окунуться в освежающие воды горного моря. Мчатся прочь из знойного Бишкека вдохнуть живительный бриз Иссык-Куля. Проносятся по горной теснине Боома мимо небольшого селения Кыз-Кёё. Всем не терпится поскорее миновать отделяющие от озера километры. В Кыз-Кёё буквально пять-шесть домишек. Они приютились на отвесном скалистом берегу реки Чу, текущей по Боому. Вокруг лишь безлесые горы и камни. Что делают здесь люди? Чем живут? Проезжая в начале лета мимо селения, я вижу, как жители обреченно машут вслед проносящимся авто собранными пучками кислицы. Она да небогатый улов рыбы из Чу – вот и все дары Матери Природы, им отпущенные. Приторговывают жители и привезенным сердобольными родственниками кумысом и куртом – соленым высушенным сыром, скатанным в небольшие шарики. Но очень мало кто из проезжающих рискует сбросить скорость и остановиться тут за покупками – как назло дорога прямо перед селом круто взмывает вверх. Ну, чем не Божье наказание! Если бы кто из туристов остановился да порасспросил местных жителей об их селе, они бы с удовольствием рассказали историю о жестоком чон-кеминском хане, владения которого находились за соседней горной грядой. Сей властелин не пожалел родную дочь, влюбившуюся в бедного чабана и сбежавшую с возлюбленным, нарушив волю отца, который хотел отдать ее в жены богатому старцу. Сельчане провели бы туристов на скалу, с которой бросились в пропасть несчастные влюбленные, когда беглецов настиг посланный разгневанным ханом отряд всадников— головорезов. Маленькое село-то с тех самых пор и называется Кыз-Кёё, то есть Жених и Невеста. Да только некому рассказать, все только газу прибавляют на подъеме.

 Удивительна жизнь людей в пустыне. Вездесущий песок, палящий зной, вечная борьба за жизнь и воду. А в ином месте – полдня верхом на коне и ты в горах. Кругом зелень, ручьи бегут. А люди живут в пустыне, где жили их предки. Потому что там их дом. Другой жизни они не знают. Да и не хотят. И их домашние животные вынуждены коротать свою жизнь тоже с ними. Однажды к Дудашвили приехали спелеологи из Англии. Их было семь человек, они хотели познакомиться с пещерами Киргизии и Туркмении. Сергей пригласил киргизских друзей-спелеологов помочь ему. В том числе Жуканина и Ионова, с которыми я работал и был дружен. Мы вместе ездили в горы, катались на лыжах, ныряли с аквалангами на Иссык-Куле. Зная, что я когда-то занимался альпинизмом и знаком со скалолазанием и снаряжением, они пригласили меня принять участие в этой экспедиции. Я с удовольствием согласился и впервые оказался в пещерах. Я приобрел массу новых друзей, с которыми до сих пор дружен. В мой мир вошел Сергей Дудашвили, и началась новая полоса моей жизни. Пещеры Туркмении, в которых проходила наша экспедиция, расположены недалеко от границы с Афганистаном на хребте Кугитанг. Я читал о них в журнале «Вокруг света». Это были какие-то совершенно мистические истории о соляных мумиях людей, обнаруженных внутри пещеры, о застывшем в броске леопарде, обратившемся в соляной столб. Район этот в советское время был закрыт для иностранцев, и вот в 1990 году мы впервые везем туда англичан. Для них все увиденное было словно ожившая сказка из «Шахерезады». Про Самарканд они читали только в «1000 и одной ночи».

Священное озеро Кайнар-Бобо, приютившееся у подножия Кугитанга и на берегах которого мы разбили базовый лагерь, прямо кипело от обитавшей там рыбы. Вода озера, поступавшая из подземных термальных источников, была как парное молоко. Расстилавшаяся на юг пустыня в сторону Афганистана, вздыбленный хребет Кугитанга, прорезанный узкими и глубокими каньонами, в отвесных стенах которых прятались многочисленные входы в пещеры, – все было полно загадок и тайн.

Гигантские провалы, открывающие каменные залы подземных галерей, заполненных водой, отпечатки растений и рыб на стенах каньонов, россыпи окаменевших моллюсков под ногами, возраст которых сотни миллионов лет. И неистребимая жизнь вокруг. Стук копыт горных козлов, с невероятной ловкостью порхающих по отвесным скалам. Недовольное сопение дикобраза, негодующего, что какие-то пришельцы потревожили его сон и раскидывающего свои полосатые иглы. Незабываемые закаты и восходы солнца в пустыне. Табун одичавших лошадей, настоящих мустангов, которых вел гордый вожак, бросивший презрительный взгляд в нашу сторону прежде, чем исчезнуть навсегда за песчаным барханом. Долина динозавров, где гигантские следы ящеров навечно отпечатались на 800-метровой каменной плите, некогда бывшей дном неглубокой лагуны Протоокеана. Извилистой змейкой следы титанов пересекает цепочка следков детеныша. Динозаврик, как и любой ребенок, крутился из стороны в сторону, пытаясь получше узнать мир, в который он недавно пришел. В этом мире, где нет радио и телеприема из-за отсутствия ретрансляторов, куда газеты поступают с запозданием в месяц, да и новости из далеких мест не очень сильно влияют на местную жизнь, где летом на солнце можно варить яйца, – живут люди.

Мы приехали туда в ноябре, и было по-летнему жарко, хотя аборигены говорили, что настоящая жара уже спала. Мы встречались с жителями во время наших поездок на базар в ближайший городок. Существовал определенный ритуал совершения покупок продуктов на базаре. Местный рынок располагался на довольно большой для него площади в центре городка. Неизбалованные покупателями продавцы, завидев нашу процессию, нагруженную пустой тарой для продуктов, мешками и ящиками, призывно махали руками, наперебой расхваливая свой товар. Нашу торговую делегацию возглавлял, в буквальном смысле слова, высокого роста узбек, наш шеф-повар Рустам, могучего телосложения и с подобающим его званию животом. Следом шла англичанка, аргентинка по происхождению, Каталина, любившая принимать участие в этом действе. За ней хвостом волочился атлетического вида ее муж Тим, не уступавший габаритами Рустаму. Остальная наша команда – черная кость – в ожидании распоряжений оставалась стоять в сторонке на площади. Рустам величественно-методично обходил ряды, пробовал все овощи и фрукты и неизменно передавал часть их Каталине, а та – мужу. Рустам дотошно о чем-то выспрашивал торговцев, и те горячо ему что-то отвечали. После ритуального обхода он подходил к нам и начинал командовать: «Вы, двое, с мешками бегите вон к тому мужику – возьмете у него картошку, вы с ящиками – вон там купите помидоры, гранаты брать будем вот здесь». Отряд распадался на отдельные группки и спешил к радостно засуетившимся продавцам. Те были горды, что выбрали именно их товар, и рады, так как мы брали помногу – на всю экспедицию. Во время наших посещений городка я обратил внимание на поджарых и резвых местных коров, шнырявших в поисках корма по улицам. За пределами селения, видимо, они не рассчитывали найти поживу. Все деревья и газоны были аккуратно обглоданы несчастными животными. В городке царила исключительная чистота и порядок. Все улицы и мусорки были подметены коровьими языками. Если кто-то невзначай ронял бумажку или бросал окурок, изподворотни выскакивала корова и на лету хватала вожделенную вещь и тут же скрывалась за поворотом. Поражала непривычная прыть скотины, ее залихватский вид и оперативность. Создавалось впечатление, что за тобой неотрывно наблюдают. В очередной набег на базар мы стояли в сторонке и разговаривали, пока Рустам со товарищи производил обход торговых рядов. Невдалеке от нас оживленно вели светскую беседу две старушки. Одна из них уже посетила базар, что определялось по торчащему из сетки пучку зеленого лука и кочану капусты. Вдруг из-за ближайшего к площади дома показалась корова. Она мигом оценила ситуацию и буквально по-пластунски подползла к старухам. Хотя ползти ей пришлось метров двадцать, корова лихо преодолела расстояние и пристроилась к бабушкиной авоське. Видимо, беседа двух женщин была очень интересна, так как «партизанка» успела съесть и капусту, и лук и принялась жевать авоську. Да так увлеченно, что попыталась вырвать сетку из рук бабушки. Та опомнилась и заметила «вора», но поздно, корова вскочила и лихо скрылась в переулке. Как ни велико было горе старушки, комичность ситуации заставила нас расхохотаться. Проходя по городку и видя стоящих в очередь коров, с наслаждением ловящих языком капли воды из треснутой трубы, протянутой над улицей, я спрашивал себя: «Зачем люди обрекают на такое существование ни в чем неповинных животных? Ведь какой с них прок? Неужели люди пьют коровье молоко, отдающее сигаретными окурками?» Ответ был прост: коровы-то тоже не знают другой жизни. Отвези их в горы, на альпийские луга – затоскуют поначалу, им милее родная пустыня. А потом, как и люди, привыкнут к хорошему и начнут жить по-новому. На новом месте. Так и мы с трудом бросаем насиженные места, боимся новых мест. Все нам кажется, что дома лучше. А ведь за горой альпийский луг с сочной травой да с журчащими ручьями! Но боязно нам: как бы не потерять того, что имеем. И хотя жить здесь становится с каждым годом все труднее, мы со страхом глядим вослед вконец отчаявшимся, навсегда уезжающим в далекие края. А где наш дом? Где наша Родина?

 

Скачать текст книги «Коровы пустыни»

 

© Кадыров В.В., 2007. Все права защищены
    © Издательство «Раритет», 2007. Все права защищены
    Произведение публикуется с письменного разрешения автора и издателя

 


Количество просмотров: 2710